Глава 5

Инвестиционные советы мастера

Джон просит работу в брокерской конторе

– Мне не нравится брать с вас деньги за этот семинар, – сказал Тэрри участникам. – Но, когда кто-то платит за беспризорную собаку, он ценит ее и дает ей хороший уход. Если он получает ее даром, то будет думать, что она ничего не стоит. Я не провожу для вас этот семинар бесплатно. Но, если вы будете внимательны и действовать в соответствии с тем, что я расскажу, это будет ценнее всех денег на свете.

"Сильное заявление", – подумал Джон. Он радовался, что оказался здесь, но если бы его пригласили за деньги, то не пошел бы.

Тэрри улыбнулся аудитории.

– Кто из присутствующих здесь вложил деньги на фондовом рынке?

Руки подняли почти все.

– Кто из вас следует советам своего фондового брокера? – спроси Тэрри.

Приблизительно половина аудитории оставила руку поднятой.

Тэрри покачал головой.

– Вы, очевидно, думаете, что ваш брокер знает, как делать вам деньги. Вы когда-нибудь по-настоящему вслушивались в бред, который несет средний брокер? Если у него дрянной костюм и дешевые туфли, разве это не должно говорить вам что-то? Если брокер не может сделать деньги для себя, неужели вы действительно думаете, что он сможет помочь в этом вам?

Он начал безостановочно ходить.

– Рынки переоценены и изменчивы. Я не советую вам сейчас покупать и сразу продавать. Я говорю вам, будьте осторожны. Некоторые в этой аудитории помнят крах фондовой биржи 1987 года, когда люди почти мгновенно потеряли третью часть своих денег на некоторых "голубых фишках" и значительно больше на спекулятивных акциях. Вы подумали об этом, когда спешили купить акции у вашего брокера? Не думайте, что ваш брокер автоматически будет стараться помочь вам. Он не будет этого делать. Ваш брокер гораздо больше обеспокоен собственным выживанием. Это означает, что он будет торговать настолько часто, насколько возможно, чтобы наработать как можно больше комиссионных. Такая стратегия не в интересах долгосрочного инвестора. Материально вы выигрываете, когда покупаете и держите. Конечно, ваш брокер будет говорить вам иначе. Его совет будет противоречить моему. Кого вы должны послушать? Ответ прост. Если вы стремитесь, в лучшем случае, походить на вашего брокера – служащего с ограниченным доходом, – слушайте его. Если вы стремитесь сделать состояние, такое как мое, слушаете меня. А теперь поднимите руки, кто сам выбирает акции для инвестирования.

Примерно четверть аудитории подняла руку.

– Не опускайте руку, если вы иногда покупаете, следуя советам прессы, – сказал Тэрри.

Часть рук осталась поднятой.

– Позвольте мне рассказать вам, как работает рэкет подсказок, – продолжил Тэрри. – Люди по связям с общественностью проталкивают в публикации интересы своих клиентов. В воскресных газетах это известно как пятничный сброс. Журналисты не имеют времени проверить все истории и печатают их в виде одолжения агентствам по связям с общественностью, которые снабжают их новым материалом в будущем. Это Сити, работающий вместе. Очень удобно. К сожалению, это не всегда в ваших интересах. Дело в том, что такая подсказка часто может оказаться липой. Пишущий ее журналист, как правило, ничего не знает о компании, которую включает в статью. Он обычно не встречается с ее директорами, не читает ее отчеты. Неужели вы действительно думаете, что можете сделать деньги, покупая акции, следуя только таким рекомендациям? Это невозможно.

Тэрри сделал паузу.

– Но, возможно, у вас какой-то другой метод выбора акций. Может быть, вы стоимостной инвестор, подобно Бенджамину Грэму, покупающему непопулярные акции по низкой цене? Нет, вы не делаете этого, потому что вы должны были бы читать отчеты компаний и применять строгие критерии к отбору акций. Возможно, вы отслеживаете графики акций и индексов и покупаете, когда видите верные сигналы? Нет, вы не верите в технический анализ. Возможно, вы – инвестор роста и следуете соответствующей системе вложения капитала? Нет, это слишком напоминает тяжелую работу.

Тэрри стал тыкать пальцем в аудиторию.

– Такие люди, как вы, сэр, и вы, и вы – да вы, мадам, должны, вероятно, держаться подальше от фондового рынка. Вы не понимаете, в чем его суть. И знаете, что происходит с такими людьми, как вы? Вы теряете свои деньги. Не думайте, что вы не можете потерять свои жизненные сбережения из-за глупых инвестиций. Очнитесь…

Аудитория задвигалась. Один коренастый, средних лет человек в коричневом твидовом костюме встал.

– Я не потерплю, чтобы меня оскорбляли подобным образом, – рявкнул он с йоркширским акцентом. – Всего доброго, сэр.

Когда он вышел, аудитория загудела. Тэрри поднял брови.

– Если есть здесь еще такие, не могущие выносить жар, пусть убираются из кухни, – сказал он.

Никто больше не двинулся с места.

Во время обильного ланча в буфете Тэрри общался со своими гостями. Он увидел Джона и подошел к нему.

– Нравится семинар?

– Не то чтобы нравится, – сказал Джон. – Но твой семинар, конечно, освещает многие вещи и заставляет осознать мои недостатки как инвестора. Это, конечно, очень хорошо, но ты пока еще не объяснил, что мы должны делать.

– После обеда узнаешь побольше, – сказал Тэрри. – Судя по твоим словам, ты уже готов к этому. Пока не свыкнешься с мыслью, что делаешь что-то не так, ты не можешь измениться.

– Хорошо, я знаю, что вкладываю капитал неправильно, что я должен тогда делать? – спросил Джон.

– Если как следует подумаешь, найдешь ответ в самом себе, – сказал Тэрри. – У тебя должно хватить мужества попросить о возможностях, которые тебе необходимы. Подойди к тому, к кому надо, – тому, кто может действительно тебе помочь. Если не получится сразу, попроси еще раз, по-другому, может быть, или другого человека. В конечном счете, если ты чего-то по-настоящему хочешь, обязательно это получишь.

– Возьмешь меня на работу в брокерскую контору, чтобы можно было должным образом научиться этому ремеслу? – спросил Джон и не мог поверить, что сказал это.

Удивительное дело, Тэрри совсем не возмутился, услышав эту просьбу.

– Позвони мне в офис на следующей неделе, я посмотрю, что можно сделать. Не сомневаюсь, что твоя жизнь в роли школьного учителя вот-вот закончится, мой дорогой шурин, и – извини за откровенность – давно пора это сделать. А теперь, пожалуйста, извини. Большинство этих людей собираются стать моими клиентами, я должен общаться с ними. Это им, кстати, пойдет на пользу. Сейчас они получают от меня правду – товар, который в индустрии финансовых услуг в большом дефиците.

Возвращаясь поездом в Кент, Джон испытывал ощущение, будто земля пришла в движение у него под ногами.


Во вторник, в обеденный перерыв, он проскользнул в школьный офис и позвонил Тэрри. В этот момент он жил только будущим. Ответила Нина. Он улыбнулся, услышав ее голос.

– Тэрри хочет говорить с вами лично, – сказала она.

У Тэрри был напряженный голос.

– Твое желание исполнилось, – сказал он. – Предлагаю должность стажера-дилера ценных бумаг в "Нью маркет секьюритиз", где я управляющий директор.

– Спасибо, – сказал Джон, чувствуя себя удивительно спокойным. – Какая будет зарплата?

– Это работа по продажам. Мы дадим базовый оклад, примерно равный твоему нынешнему доходу преподавателя. Все, что заработаешь на комиссионных, идет в придачу. Я подготовлю предложение в письменной форме.

– Это изменит мою жизнь.

– Все у тебя в фондовом бизнесе получится, – сказал Тэрри решительно. – Мне это стало ясно, еще когда мы говорили в день рождения Доминика. Кроме того, ты мой шурин, я помогу тебе всем, чем смогу. Но, конечно, грести придется самому. Ты сам увидишь, что так будет лучше всего. И, поверь, ты узнаешь о фондовом рынке и инвестировании больше, чем сейчас можешь себе представить.

Вешая трубку, Джон широко улыбнулся. Две женщины, работавшие в школьном офисе, искоса посматривали на него. Одна из них, пухлая и в розовых очках, улыбнулась в ответ.

– Вы выглядите так, как будто выиграли в лотерею.

Джон рассмеялся.

– В некотором смысле, так оно и есть.

Он прошелся по школе. Во дворе мальчики носились вокруг него, как угорелые. Джону было на это уже совершенно наплевать, хотя, конечно, поддержание порядка – главная часть работы учителя. Но ему хотелось совсем другого – сделать деньги и обзавестись домом и вообще нормально жить. Он был убежден, что теперь достигнет этого в переменчивом мире ценных бумаг. У него уже и план сложился. Сначала сколотить состояние, инвестируя деньги других, а затем применить свои новоприобретенные навыки для собственных инвестиций.

Это надо отметить.

В тот же вечер Джон пригласил Салли-Энн в местный итальянский ресторан. Новость она восприняла с удовольствием. Они уселись за угловой столик, освещенный свечой, и заказали макароны и красное вино. Ресторан заполнялся.

– Стажер-дилер, конечно же, не может жить в Кенте, – сказал Джон. – Я возвращаюсь в Лондон. Буду жить с родителями, но мы можем встречаться по уикэндам.

Салли-Энн сжала его руку под столом.

– Я ничего не знаю об этом мире, в который ты уходишь. Но, очевидно, это то, чего ты хочешь, для меня этого достаточно. Раз тебе так не нравится преподавание, для всех лучше – прежде всего для тебя самого – уйти прямо сейчас. Теперь наши профессиональные жизни пойдут различными путями. Ведь меня от классной комнаты и на аркане не оттащишь.

Джон рассмеялся.

– Ты в точности как те учителя, что учили меня в школе, – сказал он. – Предана своему делу до самоотречения.

Салли-Энн пожала плечами, и Джон почувствовал, что она, как и он, с большим облегчением сделает перерыв в их отношениях. Они узнают, действительно ли они так нужны друг другу, чтобы провести всю жизнь вместе.

На следующее утро в средней школе «Блусток» созвали чрезвычайное учительское собрание. Учителя попросили старост поддерживать порядок в классах и собрались в учительской, потягивая чай. Роберт Масгроув сел рядом с Джоном и подмигнул ему.

Влетел директор школы Арнольд Джонсон, удивительно энергичный для пухлого человека за пятьдесят. Он был одет в свою знаменитую черную мантию, о которой Роберт Масгроув говорил, что это чистое притворство.

– Нечасто у нас бывают учительские собрания подобного рода, – прошепелявил Джонсон. – Но сегодня у нас просто нет выбора. У нас на руках дело о мошенничестве.

Учителя остолбенели.

– К счастью, пострадала не школа, – продолжил Джонсон. – Но один из наших мальчиков оказался преступником. Это Алан Барнард, обманувший одного лондонского фондового брокера на десятки тысяч фунтов. Я временно отстранил мальчика от занятий.

– Как Барнарду удалось это? – спросил Роберт.

– Судя по всему, он управлял огромным счетом, покупая акции рискованных технологических компаний. Чтобы открыть счет, он солгал о своем возрасте и о многих других вещах. Его фондовый брокер доверял ему, поскольку он покупал в течение многих месяцев. На сей раз он купил больше, чем мог оплатить, и тут произошел разворот рынка вниз. Его акции резко упали, и брокер продал их, образовав огромную задолженность. Барнард оказался в долгу, как в шелку, и даже хвастался этим перед одноклассниками. Один из них должным образом доложил мне об этом.

– Мы здесь ни при чем, – сказал один учитель.

– Тут-то вы как раз и не правы, – ответил Джон сон. – Мальчик совершал свои деловые звонки из школы во время перемен по мобильному телефону. Не удивлюсь, если его родители попытаются переложить свою вину на нас. Они встречаются со мной сегодня утром: не очень-то желанный будет разговор.

Джонсон повернулся к Джону и Роберту.

– Не могли бы вы поприсутствовать, поскольку, кроме мошенничества, мы обсудим и его успехи в учебе? Все это такая неприятность. Будем надеяться, что скандал не просочится в прессу.

После того, как учительское собрание закончилось, Джон вручил директору школы письмо о своей отставке, извинившись, что это произошло на несколько дней позже крайнего срока для предоставления уведомлений на следующий учебный год.

– Мне только что предложили мою новую работу, – объяснил он.

– Я приму это, – сказал Джонсон. – Но вы нарушаете правила.

– Спасибо, – сказал Джон.

"Как будто у тебя выбор есть", – подумал он.

– Жаль, что вы уходите из этой профессии, – добавил директор школы. – У вас задатки хорошего преподавателя. Очевидно, вы ощущаете потребность попробовать себя в чем-то еще. Как только вы удовлетворите ее, возвращайтесь обратно. Для вас это, конечно, будет не легко, но, по крайней мере, тогда вы станете привержены делу.

Это было проявлением покровительства со стороны доброжелательного человека, знавшего после почти 40 лет преподавания, как обращаться с людьми в своей школе. Но что он мог знать о мире за ее стенами? Джон отвернулся.

Начиная урок в своем классе, Джон задал мальчикам написать сочинение. Они шаркали ногами и шептались друг с другом или глядели в окно. Шон Байфорд, один из самых способных и старательных, поднял руку.

– Джон, что случится с Барнардом?

"Значит, слухи уже поползли". Джон покачал головой.

– Не знаю.

– У него не должно быть серьезных неприятностей, не так ли? – не отставал мальчик. – Ему же только 17.

– Несовершеннолетие не всегда уберегает от наказания, Шон, – сказал Джон. – Акции – опасный бизнес. На инвестициях можно сделать состояние. И наоборот, можно потерять большие деньги. Если вы влезаете в долги подобно Барнарду, вы несете за них ответственность.

Джеймс Бартон, тоже прилежный ученик, спросил:

– А разве пробы и ошибки не лучший способ учиться, сэр? Именно так говорит мой отец.

– Да, но не совершая мошенничество. – Джон вспомнил рекомендации "Народных Финансов". – Нет необходимости бросать на инвестиции деньги, которых у вас нет. Вы можете построить воображаемый портфель акций и таким образом проверять свои инвестиционные навыки.

– Это слишком похоже на школьное упражнение, сэр, – сказал Джеймс. – Так никогда ничему толком не научишься.

– Да и денег не заработаешь, – добавил Шон.

– Продолжайте работать, дети, – сказал Джон. – Сегодня вечером я тщательно прочитаю ваши сочинения. Написавшие плохо, должны будут переписать заново. Так что не тратьте больше время на пустую болтовню в классе.

Во время перемены Джон постучал в дверь офиса директора школы. Он вошел в заполненную комнату. Арнольд Джонсон сидел за своим большим опрятным столом. В углу молча сидел Роберт Масгроув. Алан Барнард выглядел запуганным, но не сломленным.

По сторонам от него сидели его родители. Джон кивнул им. Он был знаком с ними по родительским собраниям. Мистер Барнард, седой и коренастый, был местным служащим, а миссис Барнард, худая блондинка, подрабатывала секретарем. Обоим было чуть за сорок.

– Мистер и миссис Барнард внесли залог за своего сына, – сказал директор школы. – Они оплатили его долги. Алан оставит школу и пойдет работать, чтобы расплатиться с родителями. На это могут уйти годы.

– Наказание должно соответствовать преступлению, – сказал его отец. – Алану, так или иначе, пора заканчивать со школой. У него неакадемический склад ума. Нет никакого смысла дольше прятать нос в книгах. Да и раньше не было.

– Мы ведь хотели, чтобы он не оказался в плену бесперспективной работы подобно тебе, дорогой, – отрезала его жена.

– Это лучше, чем оказаться под судом за мошенничество, – сказал м-р Барнард. – Мне пришлось перезаложить дом, чтобы спасти нашего мальчика.

– Все в порядке, мама, – сказал Алан Барнард. – Я так или иначе предпочел бы оставить школу.

Его мать посмотрела на Джона и Роберта просящими карими глазами.

– Вы дадите ему рекомендацию, если она ему потребуется, не правда ли? – сказала она. – Он был хорошим мальчиком, пока им не завладела эта фондовая лихорадка.

– Он всегда может ко мне подойти, – сказал Джон. Роберт промолчал.

Встреча закончилась в тишине. В глазу Алана блеснула слеза, когда родители в молчании повели его к разбитой красной "фиесте", припаркованной на подъездной дорожке школы.

Отрабатывая последние дни, Джон перебрался во временно свободную комнату в доме Салли-Энн. Как он и думал, ему не потребовалась более долговременная аренда другого помещения, которое она нашла для него. С приближением окончания школьного семестра он все более и более ощущал себя утомленным дрессировщиком в клетке с молодыми голодными львами.

На заключительном собрании директор школы объявил об уходе Джона. Мальчики захлопали и закричали. Если бы они заранее знали об этом, они могли бы сделать его жизнь значительно труднее.

Золотые правила из секретного дневника Джона

• Платите за инвестиционное образование, и вы будете ценить его больше, чем то, что досталось бесплатно. Кроме того, менее вероятно, что оно будет искаженным.

• Если вы думаете использовать брокера, проверьте его или ее историю. Брокеры, не могущие сделать деньги для себя, вероятно, не смогут сделать их и для вас.

• Как долгосрочный инвестор, вы заинтересованы торговать как можно реже. Это создает конфликт интересов с вашим брокером.

• Берегитесь подсказок по акциям в печати. Журналисты часто пишут их в виде одолжения агентствам по связям с общественностью, проталкивающим интересы своих клиентов.

• Если у вас нет инвестиционной стратегии, вам не место на фондовом рынке.

• Если вам что-то надо, попросите об этом конкретно. Если вы не получите того, что хотели, просите снова иным способом.

• Если вы занимаетесь учебной торговлей акциями (с воображаемым портфелем), вы не приобретете опыта, необходимого для торговли на реальные деньги.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх