Глава 39. ВЕЛИКАЯ ПАРОДИЯ ИЛИ ДУХОВНОСТЬ НАИЗНАНКУ

Из того, что мы только что сказали, легко понять. что установление «контртрадиции» и ее явная и моментальная победа будут, собственно говоря, царством того, что мы назвали "духовностью наизнанку", которая, естественно, представляет собою лишь пародию духовности, которой она подражает, так сказать, в обратном смысле, таким образом, что она, кажется, является самой ее противоположностью, так как, каковы бы ни были ее претензии, здесь нет ни симметрии, ни возможного равенства. Это важно подчеркнуть, так как многие, обманываясь этой видимостью, воображают себе, что есть в мире как бы два противоположных принципа, оспаривающие право превосходства; эта ошибочная концепция, по сути, является той же самой, которая, говоря теологическим языком, ставит Сатану на тот же уровень, что и Бога, и которую, справедливо или нет, вообще приписывают манихеям; конечно, в настоящее время многие люди в этом смысле является «манихеями», не подозревая об этом, и в этом также заключается действие самого пагубного «внушения». Действительно, эта концепция приводит к утверждению принципиальной, радикально несводимой дуальности или, другими словами, к отрицанию высшего Единства, которое существует по ту сторону всяких противоположностей и всяких антагонизмов; не следует удивляться, что такое отрицание есть дело приверженцев «контринициации», и с их стороны оно может быть даже искренним, поскольку метафизическая сфера для них полностью закрыта; еще более очевидно, что для них необходимо распространять и навязывать эту концепцию, так как только этим они могут достичь того, чтобы их принимали за то, чем они не являются и реально не могут быть, то есть за представителей чего-то такого, что могло бы быть чем-то параллельным духовности и даже берущим над ней, в конце концов, верх.

Эта "духовность наизнанку", следовательно, есть лишь, по правде говоря, ложная духовность, ложная даже в самой крайней степени, какую только можно себе представить; но можно также говорить о ложной духовности во всех тех случаях, когда, например, психическое принимается за духовное, даже не обязательно доходя до тотального разрушения; вот почему для ее обозначения лучше всего, в конечном счете, подходит выражение "духовности наизнанку", при условии точного объяснения того, как его следует понимать. В этом, на самом деле, и состоит "духовное обновление", близкое пришествие которого кое-кто, иногда совершенно бессознательно, с настойчивостью, объявляет, или же "новая эра", в которую стремятся всеми силами привести современное человечество, да и само состояние общего «ожидания», создаваемое распространением предсказаний, о которых мы говорили, может внести свой вклад в действительное ускорение. Притягательность «феномена», что мы уже рассматривали как один из определяющих факторов смешения психического и духовного, может в этом отношении также играть очень важную роль, так как именно этим большинство людей будет захвачено и обмануто во времена «контртрадиции», потому что сказано, что «лжепророки», которые восстанут тогда, "дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных". Именно в этом отношении манифестации «метафизик» и различных форм «неоспиритуализма» могут уже ясно представить как бы «прообраз» того, что должно произойти впоследствии, хотя они дают еще очень слабую идею этого; речь все время идет, по существу, о воздействии тех же самых низших тонких сил, но тогда они будут задействованы с несравненно большей мощью; и раз мы видим, сколько людей постоянно готовы слепо предоставить полное доверие любым бредням обычного «медиума» только потому, что они опираются на «феномены», то как же удивляться, что соблазнение будет тогда почти всеобщим? Вот почему никогда нелишне повторить, что сами по себе «феномены» абсолютно ничего не доказывают относительно истинности какой-нибудь доктрины или учения, что это область исключительно "великой иллюзии", где все то, что некоторые слишком легко принимают за «духовные» знамения, всегда может быть симулировано и подделано игрой низших сил, о которых идет речь; возможно, что это даже единственный случай, когда имитация может быть поистине совершенной, потому что, фактически, это суть одни и те же «феномены», если брать это слово в его собственном смысле внешних явлений, производимых как в одном, так и в другом случае, и разница состоит только в природе тех причин, которые, соответственно, туда вторгаются, причин, которые большинство людей совершенно не способны определить, так что лучшее, что можно сделать, в конечном счете, это не придавать ни малейшего значения всему тому, что является «феноменом», и даже видеть в нем прежде всего априори неблагоприятный знак; но как заставить понять это «экспериментальные» умы наших современников, умы, которые, будучи сформированными изначально «сайентистской» точкой зрения «антитрадиции», также стали, в конечном счете, одним из факторов, способных сделать самый действенный вклад в успех "контртрадиции"?

"Неоспиритуализм" и «псевдоинициация», проистекающие из этого, суть только еще как бы частичный «прообраз» "контртрадиции" и под другим углом зрения: мы имеем в виду использование, нами уже отмечавшееся, элементов, подлинно традиционных по своему происхождению, но уклонившихся от своего истинного направления и таким образом в некотором роде поставленных на службу заблуждению; это отклонение есть в целом лишь продвижение к полному переворачиванию, которое должно характеризовать «контртрадицию» (и важный пример которого мы видели в случае намеренной инверсии символов); но тогда речь уже больше не будет идти только о некоторых фрагментарных и разрозненных элементах, поскольку, согласно намерениям ее авторов, нужно будет придать ей иллюзию чего-то сравнимого и даже равного с тем, что создает интегральность истинной традиции, включая туда и внешние приложения во всех областях. По этому поводу можно отметить, что «контринициация» ради достижения своих целей, изобретая и распространяя всевозможные идеи, представляющие лишь негативную «антитрадицию», совершенно ясно осознает ложность этих идей, так как очевидно, что она знает слишком хорошо, к чему впоследствии эти идеи приведут; но само это указывает, что здесь можно действовать по своему намерению лишь на предварительной и переходной фазе, так как такое деяние сознательной лжи не может быть само по себе истинной и единственной целью, которую она себе ставит; все это предназначено только для подготовки чего-то такого, что придет в будущем, что, как кажется, должно принести более «позитивный» результат и что на самом деле является «контртрадицией». Вот почему уже видны в разнообразной продукции, «контринициационные» истоки и вдохновение которой не вызывают сомнения, наброски идеи организации, которая будет как бы копией, а тем самым и подделкой, такой традиционной идеи, как "Святая Империя", организации, которая должна быть выражением «контртрадиции» в социальном порядке; вот почему Антихрист должен появиться как тот, кого мы можем назвать, согласно языку индуистской традиции, "Шакраварти наизнанку".[166]

Это царство «контртрадиции» есть, на самом деле, то, что очень точно обозначено как "царство Антихриста": он, какую бы ни составляли себе об этом идею, есть, во всяком случае, нечто в себе концентрирующее и синтезирующее для исполнения этой последней работы все силы «контринициации», понимается ли она в отношении индивида или коллективности; в некотором смысле это может быть сразу и то и другое, так как должна иметься здесь и определенная коллективность, которая будет как бы «экстериоризацией» "контринициационной" организации, которая, наконец, и сама обнаружится, а также должна быть и личность, которая, помещаясь во главе этой коллективности, будет самым полным выражением и как бы самой «инкарнацией» того, что она будет представлять собою, пусть даже это существует в качестве «поддержки» всех пагубных влияний, которые она должна будет проецировать на мир.[167] Очевидно, что это будет «притворщик» (таков смысл слова dajjal, которым его обычно обозначают арабы), поскольку его царство будет ничем иным, как исключительно только "большой пародией", карикатурой и «сатанинской» имитацией всего того, что есть истинно традиционного и духовного; но тем не менее, все будет сделано таким образом, что ему поистине невозможно будет не играть этой роли. Это, конечно, уже больше не будет "царство количества", которое, в конце концов, было лишь завершением «антитрадиции»; это будет, напротив, под предлогом ложной "духовной реставрации", своего рода внедрением качества во все, но качества, взятого в обратном значении его истинной и нормальной ценности;[168] после «эгалитаризма» нашего времени, будет заново утверждаться явным образом иерархия, но иерархия перевернутая, то есть, собственно, «контриерархия», вершина которой будет занята существом, которое реально, ближе, чем кто-нибудь другой, соприкоснется по самой своей сути с "инфернальными безднами".

Это существо, даже если оно появится в форме определенной личности, реально будет скорее символом, чем индивидом, как бы самим синтезом всего перевернутого символизма, используемого «контринициацией», что проявится в нем тем более полно, что в этой роли он не будет иметь ни предшественника, ни последователя; чтобы выражать, таким образом, ложь в ее последней степени, он должен быть, можно было бы сказать, полностью «фальшивым» со всех точек зрения и быть как бы инкарнацией самой лживости.[169] Впрочем, именно поэтому и по причине этой крайней оппозиции к истине во всех ее аспектах, Антихрист может принять символы Мессии, но, разумеется, также в противоположном смысле;[170] и преобладание, отдаваемое «пагубному» аспекту, или даже, точнее говоря, замена им «благодатного» аспекта, через ниспровержение двойного смысла этих символов, есть то, что составляет его характерное отличие. Может и должно быть странное сходство между обозначениями Мессии (El-Mesiha по-арабски) и Антихриста (El-Mesikh);[171] но последнее есть только его деформация, как и сам Антихрист представляется деформацией во всех более или менее символических описаниях, которые были даны, что также очень важно. Действительно, эти описания особенно настаивают на телесной асимметрии, предполагая, по существу, что это есть видимые отметки самой природы существа, которому они принадлежат, и действительно, они суть всегда знаки какого-нибудь внутреннего нарушения равновесия; к тому же, именно поэтому такие деформации дают основание для «дисквалификации» с точки зрения посвящения, но в то же время, без труда понятно, что они могут быть «квалификациями» в противоположном смысле, то есть по отношению к «контринициации». Последняя, действительно, идя в направлении, противоположном посвящению, по самому своему определению, следовательно, идет в сторону увеличения нарушений равновесия существ, последний предел которого есть растворение или «дезинтеграция», о которой мы уже говорили; очевидно, Антихрист должен быть насколько возможно близко к этой «дезинтеграции» таким образом, что можно было бы сказать, что его индивидуальность в то же самое время, как она является развитой чудовищным образом, тем не менее оказывается уже почти уничтоженной, реализуя, таким образом, инверсию стирания «я» ("moi") перед «Само» ("Soi") или, другими словами, смешение в «хаосе» вместо слияния в изначально Едином; и это состояние, изображаемое самой деформацией и диспропорциями телесной формы, поистине находится на низшей границе возможностей нашего индивидуального состояния, так что вершина «контриерархии» как раз и есть то место, которое ему собственно соответствует в этом "перевернутом мире", который будет его собственным миром. С другой стороны, даже с чисто символической точки зрения, будучи представителем «контртрадиции», Антихрист с не меньшей необходимостью уродлив: мы только что сказали, что, в действительности, здесь может быть лишь карикатура на традицию, а кто говорит «карикатура», говорит тем самым «уродство»; если бы это было иначе, то не было бы никаких средств отличить внешним образом «контртрадицию» от истинной традиции, но чтобы, по крайней мере, «избранные» не соблазнялись, надо, чтобы она носила на себе "печать дьявола". Кроме того, ложь тоже обязательно «искусственна», и в этом отношении «контртрадиция» никогда не сможет избавиться, несмотря ни на что, от этого «механического» характера, который присущ всем продуктам современного мира, из которых он будет последним; еще точнее, в ней будет нечто сравнимое с автоматизмом тех "психических трупов", о которых мы говорили ранее, и она, впрочем, не создаст, как и они, ничего иного, кроме искусственно на короткое время оживляемых «остатков», что еще раз подтверждает, что она не может в себе иметь ничего длительного; эта куча гальванизированных, если можно так сказать, «инфернальной» волей «остатков», и есть, конечно, то, что может дать самое четкое представление о происходящем у самых последних пределов разложения.

Мы более не можем останавливаться на всем этом; по сути, малополезно стараться в деталях предвидеть, как будет создаваться «контртрадиция», к тому же, этих общих указаний будет уже почти достаточно для тех, кто хотел бы сам применить их в более частных случаях, что, в любом случае, не входит в предмет нашего рассмотрения. Как бы то ни было, здесь мы пришли к последнему пределу антитрадиционного действия, которое должно привести мир к своему концу; после этого, почти мимолетного царства «контртрадиции», там уже не может быть ничего предваряющего достижение последнего момента современного цикла, кроме «восстановления», которое мгновенно поставит все вещи на их нормальные места, в то время как разрушение, казавшееся полным, непосредственно подготовит "золотой век" будущего цикла.


Примечания:



1

Этими словами довольно неудачно переводят греческие термины «эйдос» и «улэ», которые использует в том же смысле Аристотель и к которым мы вскоре вернемся.



16

А. Кумарасвами напомнил нам о любопытном символическом рисунке Вильяма Блейка, представляющего "Древнего Днями" в солнечном шаре, откуда он протягивает компас, который он держит в руке, что является как бы иллюстрацией к словам Ригведы (VIII, 25, 18): "Своим лучом он измерил (или определил) границы Неба и Земли" (среди символов некоторых степеней масонства также находится компас, обрамленный лучами солнца). Здесь явным образом речь идет об изображении того аспекта Принципа, который западные посвященные называют "Великим Архитектором Вселенной", который в некоторых случаях становится также и "Великим Геометром Вселенной" и который тождественен Вишвакарме индуистской традиции, "Духу вселенского Строительства"; земные его представители, то есть те, кто «воплощает» каким-либо образом этот Дух в отношении к различным традиционным формам, являются те, кого мы выше и на том же основании назвали "Великими Архитекторами Востока и Запада".



17

Правда, Декарт в исходном пункте своей физики хотел лишь сконструировать гипотетический мир посредством некоторых данных, которые сводятся к протяженности и к движению; но поскольку он далее силился показать, что проявляющиеся в таком мире феномены суть те же самые, которые констатируются в нашем мире, то ясно, что несмотря на чисто словесное предостережение, он хотел прийти к заключению, что этот последний действительно конституирован так же, как и тот, который им предполагался изначально.



166

Об этом Шакраварти, или "всемирном монархе", смотри "Эзотеризм Данте", с. 76, и "Царь Мира", сс. 17–18. Шакраварти буквально означает "тот, кто вращает колесо", что предполагает также, что он находится в центре всего, тогда как Антихрист, напротив, это существо, которое будет в наибольшей степени удалено от этого центра; тем не менее он также будет претендовать "вращать колесо", но в направлении, противоположном нормальному циклическому движению (что, впрочем, бессознательно «предвосхищает» современная идея "прогресса"), тогда как, в реальности, любое изменение во вращении невозможно до "перемены местами полюсов", то есть до «восстановления», которое может осуществиться лишь вмешательством второго Аватары; на самом деле, называется Антихристом, потому что он по-своему пародирует саму роль того последнего Аватары, который представлен как "второе пришествие Христа" в христианской традиции.



167

Он, следовательно, может рассматриваться как глава awliya esh-Shaytan, и раз он будет последним, кто исполняет эту функцию, и в то же время тем, через которого она получит в мире наибольшее значение, то можно сказать, что он будет как бы их «печатью» (khatem), согласно эзотерической исламской терминологии; нетрудно видеть, до чего в действительности может дойти пародия на традицию во всех ее аспектах.



168

Даже сама монета или то, что ее заменит, заново получит качественный характер такого рода, поскольку сказано, что "никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его" (Откровение, 13, 17), что предполагает действительное исполнение в этом отношении перевернутых символов «контртрадиции».



169

В этом также антитеза Христу, сказавшему: "Я есть Истина", или святому (wali) как El-Hallaj, тоже говорящему: "Ana el-Haqq".



170

Может быть, недостаточно отмечалась аналогия, существующая между истинной и ложной доктриной; святой Ипполит в труде «Антихрист» дает этому замечательный пример, который вовсе не удивил бы людей, изучавших символизм: "Мессия и Антихрист оба имеют в качестве эмблемы льва" (P.Vulliaud, La Kabbale juive, t. II, p. 373). — Глубокая причина этого, с каббалистической точки зрения, состоит в том, что есть оба, темное и светлое, лицо Метатрона; поэтому же, равным образом, апокалиптическое число 666, "число зверя", есть также и солнечное число, (см. "Царь Мира", сс. 34–35).



171

3десь существует также непереводимые двойное значение: Mesikh может быть понят как деформация Mesiha, простым добавлением точки к последней букве; но в то же время, само это слово также говорит о «деформированности», что, собственно, и выражает характер Антихриста.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх