Последователи Аристотеля

1. Перипатетическая школа. Лицей, основанный Аристотелем, в соответствии с духом последних лет жизни основателя стремился служить исключительно научным целям. В этой связи философские интересы перипатетиков отошли на второй план относительно их строго научных интересов. Теофраст (362–287 гг.), руководитель школы после смерти ее основателя, оставил после себя эпохальные, равные по значению зоологическим работам Аристотеля, работы по ботанике («История растений» в 9 книгах и «О причинах растений» в 6 книгах). Он продолжил также начатые Аристотелем исследования по истории философии: «История физики» Теофраста стала основой всей более поздней греческой доксографии. Евдем из Родоса был ближайшим учеником Аристотеля, известен своими энциклопедическими знаниями, в частности, в области истории математики. Аристоксен из Тарента довел до совершенства античные знания о музыке; он продолжил исследования пифагорейцев, но применил к ним эмпирический метод Аристотеля. Дикеарх из Мессины имел большие заслуги в области географии, истории культуры и политики. В последующих поколениях перипатетиков специальные исследования обретали все больший вес: «александрийские эрудиты» в большинстве своем вышли из этой школы.

В философии перипатетики в целом были верны своему учителю; однако они интерпретировали его учение двояким образом. Одни превозносили идеалистические, платоновские предпосылки его системы, — так поступал, например, Евдем, делая акцент на трансцендентности Бога и разума. Другие, в свою очередь, напротив, стремились вытеснить платоновские элементы из аристотелизма. Это второе направление брало свое начало от Теофраста, но наиболее решительное выражение нашло у Стратона из Лампсака, который после Теофраста стал руководителем школы (287–269 гг.) и был, возможно, наиболее самостоятельным мыслителем из всех, кого дал Лицей. «Стратонизм» был материалистической интерпретацией Аристотеля, отрицающей существование нематериальных и трансцендентных объектов: не существует форм вне материи, нет Бога вне природы, нет разума вне способности постижения.

2. Комментаторы. К концу античности, начиная с I в. до н. э., когда потребность в авторитете и традиции овладела умами, в школе Аристотеля пробудился ранее утраченный интерес к учителю. С этого времени школа занялась обсуждением и комментированием его работ. В это время Тиранион подверг их филологической критике, а Андроник из Родоса систематизировал и издал сочинения Аристотеля, другие исследователи работали над их истолкованием.

Перед комментаторами Аристотеля была поставлена задача не только объяснить, но и дополнить его взгляды. Только логические, естественнонаучные и этические работы были оставлены им в более или менее завершенном виде, метафизические же взгляды Аристотель едва обозначил. В частности, было непонятно, как он понимал природу Бога и человеческого разума. В эпоху бурного интереса к вопросам религии, которая наступила на закате античности, эти проблемы должны были найти свое объяснение. Желая их истолковать, комментаторы должны были их не только реконструировать, но и развить идеи Аристотеля; его текст, особенно о теории рассудка, стал исходным пунктом для различных доктрин. Дополнение осуществлялось в двух направлениях: в соответствии со взглядами Теофраста и в соответствии со взглядами Евдема, — в естественном (натуралистическом) и в идеалистическом. Знаменитым представителем первого направления был Александр, а второго — Фемистий.

Александр из Афродизи (около 200 г. н. э.) дал натуралистическую интерпретацию Аристотеля, которая по его имени получила название «александризм». Пассивный разум (он называл его «материальным») является формой тела, а форма не может существовать отдельно от материи, следовательно, разум погибает вместе с телом. Александр во имя однородности души не хотел делать исключения для разума; разумная душа должна быть так же уничтожима, как растительная и животная. Если активный разум не уничтожим, то это означает, что он имеет нечеловеческую природу; человеческая душа не бессмертна.

Теория такого рода не могла удовлетворить религиозно настроенные умы. Для них Фемистий (IV в. н. э.) проинтерпретировал учение Аристотеля в религиозном духе. Пассивный разум он понял как самостоятельную, независимую от материи субстанцию, которая, не будучи результатом физического развития, не подлежит физическому разложению. Пассивный разум в этой интерпретации становится таким же устойчивым, как и активный, а активный — таким же врожденным, как и пассивный. Отсюда следовало, что разумная душа бессмертна.

3. Дальнейшее влияние аристотелизма. Это влияние было совершенно другим в античности, нежели в христианскую эпоху. В античности знали из аристотелевского наследия только ранние произведения, которые были предназначены для широких кругов; поздние, более специальные произведения оставались неопубликованными. Поэтому Аристотель оказал влияние в духе своих ранних взглядов как философ и теолог, находящийся под влиянием Платона. Оригинальные моменты его зрелого учения не были распространены вне его школы.

Христианская эпоха, наоборот, использовала только поздние работы Аристотеля, которые были найдены и изданы на закате античности; ранние работы к тому времени были утеряны. Но и то, что сохранилось, не сразу было усвоено. Раннее средневековье знало только его логику, и то частично; Аристотель был в этой области в то время большим авторитетом. Его работы были найдены после упадка Греции вначале в Сирии, а затем и в других арабских странах. Когда государство Магомета овладело Испанией, арабские ученые принесли с собой учение Аристотеля на запад Европы. Благодаря им только в XII и XIII вв. латинская Европа познакомилась со всем наследием Аристотеля. В то время он пользовался наибольшим авторитетом во всех отраслях философии. Если тогда писали слово «философ» без какихлибо дополнений, то оно означало лишь одно — Аристотель. Его философия благодаря своей структуре и особенно догматизму и рационализму была как бы предназначена для того, чтобы стать философией схоластики. Великим воскресителем аристотелизма был Фома Аквинский. Он крепко связал католическую философию с философией Аристотеля.

До конца средних веков значение Аристотеля было огромным; впоследствии творческая мысль пошла, в целом, другими путями, хотя и было достаточно много обращений к нему. Собственно говоря, в учебных заведениях философия Аристотеля долго сохраняла свое главенствующее положение, а его формальная логика до сегодняшнего дня является школьным предметом.

4. Оппозиция. При жизни и сразу после смерти Аристотеля ее не было, поскольку аристотелизм не выходил еще в то время за пределы школы. Оппозиция появилась только тогда, когда аристотелизм стал ведущей философией, а это произошло через шестнадцать веков после смерти Аристотеля. Оппозиция появилась поздно, но зато она была более мощной и соответствовала силе средневекового аристотелизма. Она появилась уже на закате средневековья в среде схоластов-модернистов. В особенно острой оппозиции по отношению к Аристотелю находился Ренессанс, однако впоследствии философия Нового времени развивалась в борьбе с аристотелевски-схоластическими концепциями.

Оппозиция была направлена, главным образом, против формализма, который был не целью, а следствием аристотелизма; против вербализма и расширения фикций, к чему приводили поиски сущности и форм вещи; против финализма, который затруднял развитие естествознания; против догматического понимания движения в геоцентрической астрономии, против разделения природы на земную и небесную. Противники Аристотеля выдвигали против него также и формальные обвинения, утверждая, что внешне целостная философская система появилась благодаря скрытым непоследовательностям (отвергали существование чистых форм, а Бога и разум считали чистыми формами) и многозначностям (особенно в понимании эйдоса, обозначавшего как форму, так и вид).






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх