Л. Троцкий:

Вопросы коминтерна (Что дальше? )

Коминтерну нужна программа[3]. Необходимость создания ее созрела в такой мере, что дальнейшее промедление в выработке ее грозит сделать Коминтерн безоружным перед лицом предстоящих запросов борьбы. Перед Четвертым конгрессом[4] ЦК партии под руководством Ленина[5] поставил задачу выработки программы. Т. Бухарин[6] написал проект вводной части. Но уже на Четвертом Конгрессе выявились разногласия в самом существенном вопросе, а именно, должна ли программа отвечать только на общие вопросы эпохи (характеристика империалистской эпохи, необходимость создания диктатуры пролетариата в форме советской власти и пр.), или же она должна дать и ответ на вопрос о тех путях, на которых коммунистическая партия может собрать в эту эпоху рабочие массы для борьбы за диктатуру. На вопрос о переходных лозунгах в эпоху между двумя революциями или эпоху предреволюционную (первое положение — в Германии, второе, скажем, в Англии) Бухарин ответил отрицательно, отсылая к программе-максимум, не меняющейся в зависимости от ситуации. Эта точка зрения была отклонена в Политбюро, и, по настоянию Ленина, т. Бухарин был обязан сделать соответствующее заявление на пленуме Конгресса. [Четвертый Конгресс не был в состоянии выполнить стоявшие перед ним задачи. Они были отложены до Пятого конгресса[7]. Пятый конгресс не только не взялся за выполнение этих задач, но не был в состоянии взяться за них при том общем политическом курсе, который нашел свое выражение в его решениях.] Дискуссия о программных вопросах, постановленная особым решением Четвертого конгресса, не состоялась и не могла состояться в обстановке, сложившейся после Пятого конгресса. Выработку программы надо начать немедленно, если Шестой конгресс[8] должен решать вопрос о ней.

Предметом дискуссии не являются вопросы, касающиеся характера мировой революции, диктатуры пролетариата, советской власти. Здесь нет необходимости каких-либо изменений к тому, что дано на этот счет в сочинениях основоположников коммунизма, Маркса[9], Энгельса[10] и Ленина. Нужно, однако, заранее определить характер программы в целом. Коминтерн является организацией пролетарских партий не только тех стран, которые движутся к социалистической революции — стран старого капитализма, но и стран, в которых предстоят национально-буржуазные революции или в которых пролетариат борется за примитивнейшие политические права. Причем революционная борьба во всех этих странах взаимно связана и взаимно обусловлена. Необходима не голая схема развития — от товарного хозяйства к коммунистической революции — как ее дает Бухарин, а картина тенденций мирового развития в целом, картина всего международного переплета сил, сквозь который прокладывает себе путь мировая революция.

Второй вопрос — его мы считаем одним из важнейших — есть вопрос об отличиях путей революции в России и на Западе, о причинах, которые делают путь коммунистических партий стран старого капитализма более длинным и более трудным. Длина этого пути предрешает то, что в целом ряде стран коммунистические партии должны занять позицию по отношению к ряду явлений империалистического мира, которые возникли уже перед войной, но которые теперь получают обостренное значение. Это вопросы: а) монополистической организации капиталистического хозяйства, б) вопросы власти, как они ставятся еще на почве парламентского государства и в) вопросы межгосударственных отношений.

Без ясного отношения к процессу трестирования и картелирования промышленности невозможна теперь ни правильная борьба профсоюзов, ни правильная политика в отношении мелкой буржуазии. Идущий после войны во всем мире процесс трестирования, процесс сокращения тяжелой промышленности при одновременной ее концентрации и рационализации, растущая на этой почве безработица, коренным образом отличающаяся от «нормальной» капиталистической безработицы при циклическом характере экономического развития, требуют активного к себе отношения в данных, т. е. переходных условиях, что предполагает переходные лозунги для периода мобилизации масс, предшествующего непосредственной борьбе за власть. Лозунг государственных синдикатов с контролем над промышленностью со стороны фабзавкомов и профсоюзов, встречавший ранее отпор, ныне формально установлен германской коммунистической партией. Но этого совершенно не достаточно. Лозунг этот, как и весь вопрос, должен быть продуман и проработан Коминтерном в свете международного опыта, иначе он останется мертвой буквой или может даже привести к оппортунистическим ошибкам. [Ленин высказывался за этот лозунг по двум соображениям. В странах, которые находятся непосредственно в периоде перед боями за власть, этот лозунг представляет собою непосредственный переход к дальнейшему лозунгу социализации. Но и в странах, в которых предстоит еще известный процесс капиталистического развития, всякий шаг на пути огосударствления синдикатов ухудшит материальные условия после социализации. Мы считаем эту аргументацию верной, но вопрос надо продумать во всех его последствиях.] Лозунг государственных синдикатов требует увязки с требованиями профсоюзов в области заработной платы и рабочего дня, а также выработки программы рабочего контроля (отношения фабзавкомов и профсоюзов), метода организации фабзав-комов и их взаимной связи в общегосударственном масштабе. Только решение этих вопросов позволит связать нашу политику борьбы за повышение заработной платы и сокращение рабочего дня с политикой защиты интересов пролетаризированной мелкой буржуазии города и деревни, ибо только лозунг государственных синдикатов и рабочего контроля, параллельно понижающих цены и повышающих заработную плату по мере рационализации производства, сможет смягчить противоречия между рабочим классом, с одной стороны, крестьянством и мелкой буржуазией, с другой стороны, видящих в высокой заработной плате причину роста цен. [Но этот лозунг ставит вопрос о государственных формах в эту переходную эпоху. Волна фашизма, волна опасностей капиталистической реставрации принуждает нас во многих странах выдвигать лозунги защиты демократии против монархических, реставрационных и фашистских тенденций. Но эти лозунги есть лозунги, пассивно отвечающие раздробленному состоянию пролетариата. Они вызывают недоверие в массах, которым только что привили недоверие к буржуазной демократии.] Вопросы переходной организации хозяйства еще на базе капитализма выдвигают вопрос о том, какую пользу будет иметь пролетариат от государственных синдикатов, пока у власти остается буржуазия? Возможно ли само осуществление этого лозунга при господстве буржуазии? Мы отвечаем на этот вопрос лозунгом рабоче-крестьянского правительства, который в таких странах, как Англия, где отсутствует широкий слой крестьянства[11], заменяется лозунгом попросту рабочего правительства. Необходимо более конкретное уяснение смысла и реальных возможностей этого переходного политического лозунга, в частности в свете британского опыта и британской перспективы. [Этот лозунг поднимает вопрос о том, возможно ли правительство, на деле служащее интересам пролетариата, без предварительной революции. Пятый конгресс отклонил эту возможность, выдвигая идею, что лозунг рабоче-крестьянского правительства есть только агитационный лозунг, что рабочее правительство может быть только псевдонимом или синонимом диктатуры пролетариата, которая, понятно, невозможна без предварительной революции, ибо только революция научит пролетариат беспощадно и без всякой оглядки проводить политику диктатуры. Эта постановка не учитывает факта существования в странах старого капиталистического развития громадного слоя пролетариата, идущего за социал-демократией, пропитанного традициями демократии, который будет освобожден от этих традиций не нашей пропагандой, каким бы большим не было ее влияние, а уроками невозможности решительной защиты интересов рабочего класса, вместо того, чтобы разбить рамки демократии. Несостоятельность этого лозунга выявилась очень ярко в связи с забастовкой английских углекопов[12]. В Англии пролетариат может демократическим путем завоевать большинство. Поэтому когда мы говорим о рабочем правительстве в Англии, то это является для широчайших масс не агитационным только лозунгом, а чтобы предостеречь массы против рабочего правительства соглашателей, которое, даже имея большинство в парламенте, боялось бы тронуть основные интересы буржуазии. Мы говорили о необходимости не маргаринового рабочего правительства. Это означало для масс рабочее правительство не Макдональда[13] — Томаса[14], а рабочее правительство Кука[15] — Перселя[16] и др. левых вождей. Возможно ли было такое рабочее правительство без революции? Если бы забастовка углекопов не была сорвана, если бы правительство Болдуина[17] принуждено было уступить, если бы рабочая партия завоевала большинство в парламенте, при устранении социальных конфликтов в процессе борьбы при полевении масс левое рабочее правительство не исключено. Было ли бы оно синонимом диктатуры пролетариата? Ибо диктатура пролетариата возможна лишь на основе уже разрушенного старого аппарата власти. Но на такую победу пролетариата, которой явилось бы левое рабочее правительство, буржуазия ответила бы, после короткой попытки разложения его изнутри, саботажем и гражданской войной. Правительство либо капитулировало бы, либо представляло бы собою переход от демократии к диктатуре — позицию для организации борьбы за диктатуру. Лозунг такого рабочего правительства является дополнением к лозунгу национализации (государственные синдикаты с рабочим контролем) основных отраслей промышленности.]

Третий вопрос, на который программа должна дать ответ — это вопрос об организации междугосударственных отношений, прежде всего для Европы. [Существование Лиги Наций[18] является доказательством того, что капиталистический мир может уже обойтись без междугосударственных организаций.] Лига Наций, расчетная палата для выравнения платежей по мелким государственным конфликтам, является одновременно организацией для защиты европейского капитализма против СССР и — возможно, что эта тенденция будет расти — для согласования политики европейских держав против Соединенных Штатов Америки. Значительные рабочие массы видят в Лиге Наций средство избежания международных войн, каковым она ни в коем случае не является. Против этой иллюзии недостаточно, однако, одной пропаганды. Надо выдвинуть лозунг, противопоставленный Лиге Наций, лозунг преодоления балканизации Европы[19] и американской опасности, лозунг новой связи с борющимися колониальными народами [и лозунг, прикрывающий тыл будущему рабоче-крестьянскому правительству в Европе.] Таков лозунг Соединенных Штатов рабоче-крестьянских республик Европы при условии объединения раздробленного пока европейского материка и как залог полного освобождения колониальных народов. Эти три лозунга — рабочего контроля, рабоче-крестьянского правительства и Соединенных Штатов — должны представлять стержень нашей боевой программы на ближайший период. Эта программа должна определять собою рамки для переходных программ всех национальных партий Коминтерна. [От ВКП, осуществляющей диктатуру пролетариата, до японской партии, которая находится в периоде борьбы за примитивнейшие политические права пролетариата.]

Ясная и отчетливая постановка программно-тактических вопросов [на основе тенденции исторического развития] позволит Коминтерну собрать и проанализировать весь проделанный им опыт побед и поражений. Коминтерн чрезвычайно недостаточно изучал собственные ошибки и совершенно не исчерпал науку великих боев, начиная с боев русского пролетариата и кончая сражениями английского рабочего класса. Отсутствие изучения русской гражданской войны, великих битв немецкого пролетариата[20], уроков итальянских событий 1920 года[21], «черной пятницы» 1921 года в Англии[22], восстаний в Болгарии[23] и Эстонии[24] не позволяет партиям Коминтерна в необходимой степени овладеть собственным опытом и избежать ошибок, однажды уже совершенных. Практика резкой смены руководящих групп, особенно тех, что стояли во главе партий во время поражений, не дает возможности сложиться опытному руководству, научившемуся многому на своих ошибках.

История десяти лет, лежащих позади нас, охватывающих и первые шаги рабочих в колониальных и полуколониальных странах, их отношение к национальной борьбе, их попытки создания первых самостоятельных пролетарских организаций, и опыт коммунистических партий в странах со старым социал-демократическим движением, но не знающих еще революционных потрясений, и в странах, где существо социал-демократии проверялось в огне гражданской войны, и опыт гражданской войны в странах капитализма, и опыт гражданской войны после победы пролетариата, — история этого десятилетия дает возможность создания действительно всеобъемлющего учения о стратегии и тактике пролетариата в эпоху мировой революции. Резолюции пяти конгрессов Коминтерна, постановления национальных конгрессов[25], тщательно изученные, развернут перед глазами коммунистических масс важнейшие типические положения, через которые уже проходил рабочий класс и его авангард, и позволят партиям ориентироваться в новых сложных положениях, которые, не будучи никогда простым повторением старых ситуаций, все-таки не будут застигать врасплох партии, помнящие свое прошлое. [Последние годы не давали партиям возможности изучить свои большие ошибки и поражения. Они взваливали ответственность за эти поражения на ту или другую группу, не исчерпывая того богатого опыта, который дала история пролетариату на полях сражений.] Изучение всего этого материала и систематизация его будет иметь громадное практическое значение. Они покажут прежде всего, что коммунистическая программа и коммунистическая тактика были и остаются в основе своей незыблемыми. Изучение истории Коминтерна повысит теоретический интерес в рядах коммунистических партий и заставит каждую из них относиться вдумчивее к своим задачам. Оно создаст ту непрерывную тактическую традицию, без которой немыслим и Коминтерн. Оно создаст базу для фактического взаимодействия партий друг на друга [друг с другом?] и не только поможет компартиям Запада учиться на опыте ВКП, но обогатит пониманием политики иностранных партий и членов ВКП, поставит отношение их к проблемам Коминтерна на твердую базу.

Вся эта работа над выработкой твердой, ясной, уверенной идеологии и тактики коминтерновских партий требует соответственного изменения организационной политики Коминтерна. В период 1919—20 гг., в период самого острого послевоенного кризиса, бурного революционного прибоя и создания коммунистических партий, Коминтерн, считаясь с возможностью решающих революционных боев в ближайшее [же?] время, вынужден был вести такую организационную политику, которая во многих случаях далеко опережала действительный организационный рост, неизбежно отстававший от роста влияния коммунистических идей на массы пролетариата. Создавалась большая пресса, независимо от ресурсов коммунистических партий, строился большой аппарат, являвшийся не столько костяком молодой партии, насчитывавшей [в лучшем случае] несколько десятков тысяч членов, сколько системой воздействия на значительно более широкие массы, взбудораженные войной и революцией. Это создало громадный партийный бюрократический аппарат, в условиях временного отлива не соответствующий силам организованных коммунистических партий и в значительной мере независимый от них. Одновременно возможность скорых решающих боев за власть принуждала, при неопытности руководства партий, посылать на место представителей Исполкома Коминтерна, которые должны были опытом и авторитетом русской революции помочь партиям решать неотложные вопросы [, неверное решение которых могло привести к большим поражениям] . Система комиссаров Исполкома Коминтерна полностью потеряла ныне свое значение и из средства помощи партиям сделалась средством, задерживающим развитие партий. [Замедление хода революционного движения позволяет партиям исправлять сделанные ошибки без большого ущерба для дела.] Комиссарская система мешает воспитанию и отбору руководства, снимая нередко с Центр/альных/ Комитетов ответственность за их решения. Фракционная борьба последних лет уменьшила в значительной мере кадр квалифицированных представителей, которыми располагал Исполком, и создала положение, при котором политику партий решали нередко товарищи, недостаточно квалифицированные для такой ответственной работы. Между тем, нынешнее фракционное руководство[26], /.../ несмотря на резолюцию Четырнадцатого съезда ВКП[27], доводит комиссарскую систему до крайнего, хотя слегка и замаскированного выражения. Равным образом отжила свой век политика создавания руководства партией не путем внутрипартийного отбора, а путем беспрерывного вмешательства Исполкома. Партии должны учиться на своих ошибках и сами создавать свое руководство. Это ни в коем случае не означает политики «невмешательства» со стороны Коминтерна. Коминтерн обязан высказывать свое мнение об ошибочных шагах руководства и доводить его до сведения членов партии. Этим последним должно быть, однако, предоставлено, за исключением крайних случаев, право организационных выводов после зрелого обсуждения политики партии. Как показывает, однако, свежий опыт Германии, Польши и других стран, /.../ фракционный метод руководства означает фактическое назначение Центральных Комитетов сверху. [Финансовая поддержка коммунистических партий была безусловной необходимостью в момент, когда они создавались, оставляя в руках социал-демократических организаций все материальные ресурсы, накопленные долголетней борьбой. Эта финансовая поддержка необходима и впредь для нелегальных партий. Она необходима и для легальных в специальных случаях больших боев, кампаний и для других целей, где дело идет о вложении значительных средств, которые не скоро могут дать массовый эффект (издание серьезной пропагандистской литературы). Но финансирование массовых легальных партий становится с каждым годом средством коррумпирования их. Разбухший аппарат, черпающий свои силы не из партии, а из средств Исполкома, боящийся за свое существование, является послушным орудием всякого, кто держит в руках финансы Коминтерна. Те же самые организаторы переходят с одной точки зрения на другую в зависимости от решений Москвы (хотя бы эти решения упали им так же неожиданно на голову, как открытое письмо к германской компартии[28]).] Материальная поддержка отдельных партий со стороны Коминтерна должна быть введена в рамки строгой необходимости и отделена от идейно-политического руководства. Нужно решительно покончить с таким положением, когда партийный аппарат перестает отражать развитие партийной массы и становится средством навязывания ей решений, которых она не продумала, или — еще хуже — становится вспомогательным средством фракционной борьбы внутри ВКП и механически поворачивает партию против каждого, на которого указано из Москвы. Радикальная реформа всей этой системы невозможна, пока партийный аппарат не будет зависеть от массы членов партии, т. е. пока провозглашение партийной демократии в Коминтерне остается простой фразой.

Организационная реформа Коминтерна требует учета изменившейся политической обстановки. Не в назначении руководств коммунистических партий и не в намечении только общей тактической линии является задача Исполкома Коминтерна. Центр тяжести работы переходит к идейной помощи в области ориентации партии по ряду центральных экономических и политических вопросов, поставленных развитием перед пролетариатом. Ни одна партия не имеет аграрной программы. Ни одна партия не имеет выработанного отношения к таможенной политике. Ни одна партия не имеет выработанного отношения к милитаризму, развивающемуся в разных странах по-разному. Создание научной комиссии из лучших сил Коминтерна, их научная работа над подготовкой решений партий по этим конкретным вопросам, политическое руководство этой работой — вот новая задача, стоящая перед Коминтерном, не менее важная, чем общее политическое и тактическое руководство.

[Только возникновение новой революционной ситуации передвинет снова центр внимания к непосредственному руководству коминтерновских партий Исполкомом Коминтерна. Но сам Исполком Коминтерна должен быть коренным образом изменен. ВКП не может больше одна руководить Коминтерном. С каждым днем становится все более необходимым собрать в Исполкоме Коминтерна наиболее опытных и самостоятельных представителей коммунистических партий. Разбухший Исполком ничем не руководит. Он является на деле чистой декорацией. Президиум Коминтерна чересчур многочисленен, работает в присутствии большого количества агентов и чиновников Коминтерна, никого не представляющих, которые своим настроением давят на членов Президиума. Необходим Президиум в составе из нескольких лиц. Исполком должен собираться для действительной работы три-четыре раза в году. Заседания Исполкома должны быть предварительно тщательно подготовлены. Его работа должна быть сжата несколькими днями. Заседания, продолжающиеся недели, являются местом фракционных торгов, которые коренным образом изменяют положение в партии, независимо от рабочей массы членов партии, и ставят партию перед свершившимся фактом.]

Особого внимания заслуживает вопрос о поднятии теоретического уровня кадров коммунистических партий. [В течении двух лет после смерти Ленина не изданы даже избранные его сочинения на других языках, кроме немецкого. И на немецком языке имеется один скудный том, изданный без комментария, позволяющего рабочему уяснить развитие ленинской мысли. Частная группа японских коммунистов взялась за издание сочинений Ленина и уже опубликовала два тома. Коминтерн, располагающий громадными средствами, не смог этого сделать, несмотря на весь крик о большевизации.] Издание серьезной марксистской литературы, посвященной и общим вопросам теории и конкретным вопросам жизни отдельных стран, требует особой заботы Коминтерна. Создание научной комиссии при Исполкоме, разрабатывающей главные вопросы экономики и политики, трудно разрешимо без того, чтобы ВКП не поставила себе задачей [Института Красной Профессуры[29]] подготовление специального кадра русских работников-международников, что явилось бы одновременно и средством против роста национальной ограниченности ВКП, являющейся результатом не только ухода нашей партии в экономическое строительство, но и иссяканием того международного знания, которое было истрачено передовыми рядами большевистской эмиграции.

Исполком Коминтерна, работающий в Москве, не может действовать в обстановке недостаточной информации о делах коммунистических партий в русской партийной печати — не говоря уже о язве дезинформации, крайне обострившейся за последний период. Без создания широкого обмена мыслей вокруг дел Коминтерна общественное мнение ВКП является глухонемым зрителем развития важнейших процессов мирового рабочего движения. Скрывание поражений Коминтерна, скрывание или искажение идейной борьбы, происходящей в рядах Коминтерна, создают почву для растущего недоверия к силам Коминтерна в рядах самой ВКП. Борьба против этих язв является частью борьбы за внутрипартийную демократию в ВКП и частью той помощи, которую ВКП должна оказывать братским партиям [на основе массовой борьбы, которую пролетариат принужден вести даже против всех тягостей, взваливаемых на его плечи стабилизацией капитализма]. Развитие массовых коммунистических партий вполне возможно, даже если бы ближайшие, скажем, два-три года не принесли решающих революционных боев. Обостряющаяся классовая борьба во всех странах ведется ныне на почве, неизмеримо более интернациональной, чем это было перед войной. Международное картелирование, международные сделки капиталистов против рабочего класса, существование Лиги Наций, международные подготовления против СССР, опасность войн из-за развития колониальных революций — все это окончательно выбивает почву из-под национальной замкнутости рабочего движения. Налицо все условия, чтобы Коминтерн рос и креп. И он будет расти и крепнуть, если удастся провести в жизнь намеченные выше меры, необходимость которых ощущается теперь все более многочисленными кадрами коммунистических партий, независимо от фракционной ориентировки в прошлом. [Но если ВКП, если коммунистические партии Запада не найдут в себе достаточно сил, чтобы порвать с организационной политикой, которая проводится теперь более, чем когда-либо, чтобы найти решение программных вопросов, чтобы сделать ясной и недвусмысленной тактику Коминтерна, то совсем не исключено, что, вопреки объективным условиям, возьмут верх тенденции разочарования, тенденции спасания каждой партии особо, одним словом, тенденции распада Коминтерна.] На ВКП, основательнице Коминтерна, лежит в данный момент величайшая историческая ответственность за [излечение] дальнейшие судьбы Коминтерна [от ран, нанесенных ему в последние годы].

Л. Троцкий /Январь 1927 г./







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх