О положении рабочих СССР в 1928 г. [Октябрь]

Относительный вес рабочего класса в национальном доходе капиталистических стран имеет неуклонную тенденцию к снижению. В советских условиях замечается иная закономерность: удельный вес пролетариата в национальном доходе проявляет тенденцию роста за счет уменьшения доли прочих классов. Необходимо внимательно подойти к цифрам, свидетельствующим о доле пролетариата в национальном доходе страны: ибо, если доля растет слишком медленно, стабильно или падает, то это означает, что диктатура пролетариата больна, что за счет пролетариата возрастает удельный вес других классов. Опубликованные Контрольные Цифры[504] не являются окончательными. Однако, отчетная часть их, вероятно, не подвергнется сколько-нибудь существенным изменениям. Нижеследующие данные взяты нами из К[онтрольных] Ц[ифр] Согласно К[онтрольным] Ц[ифрам] национальный доход в 1927/28 г. возрос по отношению к 1926/27 г. на 7,5%, национальный доход 1928/29 г. возрастет по отношению к истекшему на 10,4 и составит 27969 мил. руб. против 25336 мил. руб. в 1927/28 г. Какова же доля пролетариата в национальном доходе страны? Ответ на этот вопрос дает следующая табличка:


1924/25  1925/26  1926/27  1927/28  1928/29

Доля лиц наемн. труда ко всем доходам страны

25,4  28,1  30,9  32,1  32,1

[темпы роста] 0  %2,7  %1,8  %1,2  0

Отсюда видно, что темп роста доли лиц наемного труда в национальном доходе страны снижается с каждым годом, а в 1928/29 г., согласно расчетам ЦК, не увеличится вовсе. Темп роста абсолютной величины доходов городского пролетариата меньше, нежели темп роста доходов сельского населения. Согласно тем же К[онтрольным] Ц[ифрам], денежный доход лиц наемного труда в городе и сельского населения по отношению к предыдущему году увеличивался таким образом (в %%).



Но данные, относящиеся к денежным доходам городского пролетариата, дают слишком оптимистическую картину хотя бы потому, что не учитывают повышения квартирной платы, а также последнего займа индустриализации, который на известный период уменьшает покупательную способность рабочего класса. Приведенные выше данные говорят, что удельный вес пролетариата в стране растет с каждым годом медленнее, что 1928/29 г., если не будет радикально изменена политика по рабочему вопросу, принесет, если верить К[онтрольным] Ц[ифрам], стабильность доли пролетариата в национальном доходе страны, а вероятнее всего — падение. Борьба за заработную плату стоит в порядке дня, ибо повышением реальной заработной платы пролетариат укрепит свои классовые позиции. Официальные данные о реальной заработной плате дают совершенно извращенную картину. Согласно данным ВЦСПС, номинальная заработная плата в 1927/28 г. возросла по отношению к прошлому году на 11%, а реальная на 10%. Так ли это? Цифра реальной заработной платы получается путем деления номинальной на индекс стоимости жизни, но последний страдает столь серьезными дефектами, что дает совершенно извращенную картину динамики и размера реальной заработной платы. Современный индекс стоимости жизни сконструирован на основе бюджетных обследований конца 1926 г. В нем зафиксированы твердые пропорции покупок того или иного товара у кооперации, у госторговли и у частника. Конец 1926 г., когда был составлен действующий ныне индекс, характеризовался сравнительно спокойным состоянием на рынке. В 1927/28 г. положение существенно изменилось, и пропорции покупок несомненно передвинулись в сторону частника. Кроме того: ряда товаров, входящих в состав бюджетного набора, фактически невозможно достать. Таким образом, индекс учитывает в ряде случаев не цены реальных товаров, а цены прейскурантные. В результате этих дефектов индекс дает явно неверную, явно извращенную картину уровня динамики реальной зарплаты. Ряд данных говорит за то, что она не повысилась. Так например, по Приокскому горному округу, Сормову, Ленинграду реальная зарплата, начиная с апреля, начала понижаться. На последнем пленуме ВЦСПС указывалось, что «перебои в рабочем снабжении и связанный с этим рост бюджетного набора оказывали крайне неблагоприятные влияния на заработную плату». По словам представителя ленинградских текстильщиков на пленуме ВЦСПС, зарплата понизилась на 10% вследствие увеличения квартирной платы и повышения стоимости коммунальных услуг. И таких фактов можно привести множество. Каждый рабочий великолепно знает, что его реальная зарплата не повысилась против прошлого года, а в лучшем случае осталась стабильной. Необходимо требовать радикального пересмотра способов изменения реальной зарплаты, необходимо требовать радикального пересмотра ныне действующего индекса стоимости жизни, как находящегося в вопиющем противоречии с действительностью. Политика заработной платы находится в противоречии с решениями VII-го Съезда Профсоюзов о плановом подтягивании зарплаты отсталых в этом отношении категорий рабочих. Текстильщики, например, получили в прошлом году 13% роста номинала, а в этом году только 8,5%. Горнорабочие в прошлом году имели 11,7, а в этом году только 6,2, что значительно ниже процента повышения по всей промышленности (11%). В нынешней кампании по перезаключению колдоговоров необходимо со всей решительностью поставить вопрос о повышении заработной платы. Производительность труда возросла в 1927/28 г. против 1926/27 г., согласно К[онтрольным]Ц[ифрам], на 14,5%, тогда как заработная плата осталась в лучшем случае стабильной. Рост производительности труда в 1927/28 г. не был компенсирован соответственным ростом реальной зарплаты. Согласно плановым предположениям, отношение зарплаты к производительности труда должно было равняться 0,47. Если принять это соотношение, то реальная зарплата в 1927/28 г. должна была бы повыситься на 6,8%. Между тем, она не повысилась, и таким образом рост производительности труда компенсирован не был. В 1928/29 г. намечается рост производительности труда в размере 17,5%, а рост номинальной зарплаты в размере 7%. Предположенная Госпланом цифра повышения номинала на 7% не только не компенсирует рабочему классу то значительное повышение производительности труда, которое было достигнуто в 1927/28 г., но не страхует даже реальности нынешнего уровня зарплаты. Ведь теми же К[онтрольным] Ц[ифрам] намечается рост бюджетного индекса на 2,8%. Можно представить, насколько реальным окажется этот процент, если тот же Госплан проектировал снижение индекса в 1927/28 г. на 5%, и, по его же данным, он повысился на 1,5%. Но и запроектированные Госпланом 7% повышения зарплаты идут почти целиком за счет так наз[ываемого] самотека. «Дальнейшее повышение зарплаты в текущем году должно быть поставлено исключительно в зависимость от роста выработки рабочих, так наз[ываемого] самотека,»— заявлял докладчик по этому вопросу на Пленуме ВЦСПС А. М. Гинзбург. Нужно решительно протестовать против ликвидации практики механического повышения зарплаты, нужно протестовать против стремления обусловить рост ее исключительно ростом интенсивности труда рабочих. Мы считаем необходимым и возможным увеличить зарплату на 5%, что составит к общему фонду зарплаты около 100 мил. руб. При запроектированном Госпланом повышении зарплаты на 7%, из которых 1,5—2% падает на механическое повышение зарплаты, зарплата должна повыситься самотеком на 5%, что в сумме составит повышение зарплаты на 10%. Эта цифра соответствует запроектированному темпу роста доходов сельского населения (9,6%). Меньший процент повышения зарплаты означал бы понижение удельного веса пролетариата в национальном доходе страны. В этом году, согласно плану ВЦСПС, должна быть завершена тарифная реформа. В связи с этим необходимо поставить вопрос: что же дала тарифная реформа, проведенная в прошлом году? Тарифная реформа преследовала следующие задачи: подтянуть зарплату отсталых в этом отношении категорий рабочих, увеличить удельный вес ставки в общей сумме заработка, упорядочить систему зарплаты. Член Коллегии Н[ар] К[ом] Т[руда] СССР Авдеев сообщает по этому поводу следующее («Вопросы Труда» № 9): «Необходимо признать, что в деле распределения плановых прибавок между отдельными отраслями промышленности (плановые прибавки были даны именно на проведение тарифной реформы) и между отдельными хозяйственными объединениями имел место ряд недочетов. Так, ВСНХ СССР стремился предоставить это право преимущественно рентабельным отраслям промышленности, испытывающим финансово-экономические затруднения, вследствие чего, например, каменноугольная промышленность не получила разрешения на увеличение фонда зарплаты, в то время как по этой отрасли промышленности прибавка была крайне необходима.» Если ленинградские текстильщики получали в прошлом году 25% средней зарплаты по губернии, то сейчас они отстают на 35,7%. Такие районы, как Урал, как были, так и остались отсталыми в отношении зарплаты. Средняя зарплата металлистов Урала равна 64 руб. 67 коп., в то время, как средняя зарплата рабочих по СССР равна 70 руб. 50 коп. Это объясняется тем, что прошлогодняя 30-тимиллионная прибавка была совершенно недостаточна для проведения тарифной реформы, почему она и проводилась в большей степени за счет понижения сдельных расценок. 25% полученной т[аким] об[разом] экономии шло на проведение тарифной реформы, а остальные на снижение себестоимости. Таким образом, тарифная реформа была проведена преимущественно за счет увеличения интенсивности труда. Удельный вес ставки в общей сумме заработка у сдельщиков в среднем по всей промышленности поднялся от 40% до 60%. Последние месяцы 1927/28 г. характеризуются падением удельного веса ставки. Рабочий напрягает свои силы, чтобы выработать возможно больше, ибо его гнетет растущая дороговизна жизни. Таким об[разом] и эту задачу реформы нельзя считать решенной. В этом году правительство выделило фонд в размере 35 мил. руб. (меньше 1% фонда зарплаты) на механическое повышение зарплаты. Часть этого фонда пойдет на завершение тарифной реформы. Незачем доказывать, что эта сумма совершенно недостаточна. В этом году повторится то же, что и в прошлом: тарифная реформа будет проводиться за счет снижения расценок и понижения зарплаты более высокооплачиваемых групп рабочих. Реформа прошлого года и планы ее проведения в этом году заставляют нас выдвинуть следующие требования: а) увеличить размер правительственного ассигнования на проведение реформы; б) реформа не должна вызвать огульного пересмотра норм и расценок и снижения заработка у сколько-нибудь значительных групп рабочих; в) если провести реформу за счет правительственного ассигнования и без пересмотра норм и расценок нельзя, то не проводить ее вовсе. Минувший хозяйственный год характеризовался огульным пересмотром норм выработки. Например, по Югостали были пересмотрены нормы 60% сдельщиков, по Ю[жному] М[ашиностроительному] Т[рест]у — 65%. В этом году предполагается пересматривать нормы в течение всего года. В передовой статье «Правды» от 29 сентября по этому поводу сказано следующее: «В предстоящую колдоговорную кампанию, как правило, работа по конкретному установлению норм выработки и сдельных расценок должна быть отделена от кампании по перезаключению колдоговоров и проводиться систематически в течение всего года на основе более правильных методов нормирования.» Той же ориентации, что передовая статья «Правды», придерживается и ВЦСПС. Подобная точка зрения совершенно неприемлема. Насколько хорошо ВЦСПС защищает рабочих, видно хотя бы из того, что он проектирует повышение производительности труда на 17%, что вызовет увольнения 90 тыс. рабочих, тогда как ВСНХ проектирует повышение производительности труда на 15%. Как правило, нормы не должны в этом году пересматриваться вовсе. Интенсивность труда рабочих теперь весьма велика, и с дальнейшим нажимом в эту сторону необходимо решительно бороться. Пересмотр норм может допускаться лишь в случае технических изменений в самом процессе производства, причем достаточность причин, побуждающих пересмотреть нормы выработки, должна быть предварительно констатирована Р[асценочно]К[онтрольными]К[омиссиями]. При огульном пересмотре норм и расценок в прошлом году обычно ссылались на рационализацию производства. В огромном большинстве случаев эта рационализация проводилась за счет рабочего, и результатами ее было уплотнение работ. Опыт пересмотра норм со всей убедительностью продемонстрировал полнейшую неподготовленность Т[рудовых] Н[ормативных] Б[юро] к этой работе и их полнейшую оторванность от рабочих организаций завода. Работники ТНБ вызывали к себе неприязненное отношение со стороны рабочих. В некоторых случаях при конфликтах и стачках рабочие открыто выставляли требование смены работников ТНБ. Необходимо пересмотреть состав работников ТНБ. Этот пересмотр должен производиться при ближайшем участии рабочих и профсоюзов. Практика перехода на 7-мичасовой рабочий день[505] убедительно показала, насколько правы были большевики-ленинцы, когда указывали в свое время на необходимость серьезнейшей экономической и технической подготовки этого мероприятия. Председатель правительственной Комиссии по проведению 7-мичасового рабочего дня Нарком Труда Шмидт, перечислив ряд «положительных аспектов», вынужден был заявить, что «к сожалению, все эти положительные элементы в значительной мере умаляются недочетами при проведении 7-мичасового рабочего дня». 7-мичасовой рабочий день проводился без достаточной, а в целом ряде случаев вообще без всякой подготовки. Опыт перевода текстильных предприятий на 7-часовой рабочий день и три смены показал следующее: а) рабочие, набранные вновь на фабрику (числом около 8 тыс.) не были обеспечены жильем; б) вследствие уплотнения работы были поставлены столь высокие требования интенсивности труда рабочих, что они, особенно в третьей ночной смене, оказались совершенно невыполнимыми. Женщины (а в текстильном производстве женщины составляют до 60% всех рабочих), работая ночью, а днем будучи вынужденными заниматься домашним хозяйством, чрезвычайно сильно утомлялись и, таким образом, попадали в совершенно невыносимые условия; в) номинальная зарплата на предприятиях, переведенных на 7 часов, росла медленнее, нежели на предприятиях, не переведенных на 7 часов, что объясняется сильным нажимом на интенсивность труда путем повышения норм, снижения расценок и уплотнения труда; г) условия на предприятии, с точки зрения охраны труда, были весьма неудовлетворительными: скверная вентиляция, высокая температура, особенно в третьей смене и т.п. 7-мичасовой рабочий день не был оправдан экономически и не нашел положительного политического отзвука в рабочем классе. Все это привело к тому, что политический эффект этого мероприятия был весьма мал, что должен был признать Шмидт на Пленуме ВЦСПС. У нас нет никаких гарантий, что старые ошибки не будут повторены, и что сама идея перехода на 7-мичасовой рабочий день не будет окончательно скомпрометирована. В течение 1928—29 г[г]. намечено к переводу на 7-мичасовой рабочий день более 200 предприятий с числом рабочих около 250 тыс. 41 предприятие переводится к XI-ой годовщине Октября. Уже это обстоятельство само по себе говорит за то, что перевод на 7-мичасовой рабочий день проводится без должной подготовки. Проводить такое мероприятие в порядке кампании нельзя — это надо заявить совершенно определенно. Если в прошлом году переход на 7-мичасовой рабочий день связывался с введением третьей смены, то в этом году в большинстве случаев, особенно в текстильной и табачной промышленности, дополнительная смена введена не будет вследствие сырьевых затруднений. Нетрудно понять, что, если предприятие переводится на 7-мичасовой рабочий день по причине сырьевых затруднений, то в такой обстановке 7-мичасовой рабочий день не является достижением, а наоборот, свидетельствует о затруднениях в промышленности. Мы в связи с переходом на 7-мичасовой рабочий день предлагаем следующее: а) возможность перехода каждого данного предприятия на 7-мичасовой рабочий день должна быть всесторонне обсуждена рабочими данного предприятия; б) переход на 7-мичасовой рабочий день не должен влечь за собой сокращения зарплаты или замедления ее роста по сравнению с предприятиями, не переведенными на 7 часов; в) при переходе на три смены необходимо с особой серьезностью выяснить состояние жилищного фонда и приспособленность рабочего помещения и орудий труда с точки зрения охраны труда. Ассигнования на мероприятия по охране труда в этом году (45 мил. руб.) были явно недостаточны, но и они были использованы по прямому назначению лишь процентов на 50, чему можно привести множество примеров. Проектируемые в 1928/29 г. расходы по охране труда превышают прошлогодние всего на 4,7 мил. руб. Необходимо эту сумму увеличить и, кроме того, заставить хозорганы израсходовать на охрану труда неизрасходованные суммы 1927/28 г. Все это обуславливается громадным числом несчастных случаев. «В течение 1927/28 г. отмечен значительный рост несчастных случаев почти на всех предприятиях уральской промышленности.» («Торг[ово]-промышленная] газ[ета] от 6 октября); «На Кушвинском заводе (Урал) в первом квартале было 123 легких несчастных случая, во втором уже 169, в третьем 191, три тяжелых и один смертельный.» («Рабочая газ[ета] 18 октября). «На металлургических предприятиях Днепропетровска только за 9 месяцев зарегистрировано 7.170случаев.» («Рабочая газ[ета], 18 октября). Количество подобных примеров можно было бы без труда увеличить до бесконечности. Мы выдвигаем требование, чтобы неизрасходование фондов по технике безопасности или расходование их не по назначению преследовалось бы в судебном порядке. Необходимо поставить вопрос о качестве спецодежды. Необходимо отказаться от фиксирования срока пользования спецодеждой, выдавать новую до переизноса старой. В связи с колдоговорной кампанией уместно поставить вопрос о тарифе отчислений по социальному страхованию. Целый ряд страховых органов переживает серьезный финансовый кризис: в Харькове, Донбассе, Минске, Омске и т. д. И этот кризис переживался, несмотря на незначительность пособий по всем видам социального страхования, несмотря на ограниченное число лиц, получающих, например, пособия по безработице. 1927/28 г. снова принес повышение числа безработных. Безнадежность поисков работы и весьма низкое пособие, да и то небольшому числу безработных (не более 30% зарегистрированных на Бирже труда получает пособие) вызвали волнения безработных в ряде городов. В 1927/28 г. на помощь безработным было ассигновано 134,7 мил. руб., а средний размер пособия квалифицированного безработного был равен 14,5 руб.— цифра явно недостаточная. Средний размер союзного пособия был равен примерно 8—10 руб. В 1928/29 г., согласно К[онтрольным] Ц[ифрам]., ассигнования на безработицу будут увеличены до 166,8 мил. руб., а средний размер пособия квалифицированного безработного возрастет до 16,5 руб., т.е. реально останется в лучшем случае на уровне 1927/28 г. Подобное положение приведет к серьезным политическим последствиям. Необходимо требовать расширения круга безработных, получающих пособие, и увеличения фондов помощи безработным профсоюзов. Кризис финансов социального страхования, так же, как и настоятельная необходимость усилить эту работу, должны заставить отказаться от применения льготных тарифов отчислений хозорганов на соцстрах. Хозорганы должны отчислять по нормальному, но не льготному тарифу. Мы предлагаем оговорить это требование в специальном пункте колдоговора. Необходимо особо обратить внимание на положение подростков и женщин на производстве. Лозунг: равная зарплата за равный труд,— остается в полной силе. Необходимо поставить вопрос о действительном соблюдении брони подростков[506]. Необходимо бороться против тенденции сократить сеть и ассигнования на школы фабзавуча[507]. Выше уже указывалось, что сами профбюрократы признают, что колдоговора хозяйственниками не выполнялись, а профсоюзы не наблюдали за их выполнением. Это относится как к тарифной части договора, так в не меньшей степени и к правовой. Серьезные нарушения колдоговора были допущены особенно в области приема и увольнения рабочих. Особенным злом является широко практикующийся прием рабочих на так наз[ываемым] временные работы, что дает право администрации увольнять принятого на временную работу без выходного пособия. Мы выдвигаем требование, чтобы администрация согласовывала с профсоюзными органами перечень временных работ во избежание злоупотреблений в этой области. Вопиющие безобразия наблюдались при сокращении рабочих по рационализации. Выходное пособие по рационализации, как общее правило, получали только рабочие рационализированного цеха, тогда как увольняемые по причине рационализации в данном цехе рабочие других цехов получали лишь обычное выходное пособие. РКК должна внимательно изучать причины увольнения каждого рабочего, и если увольнение связано с рационализацией, хотя бы и не в том цехе, где работал увольняемый рабочий, РКК должна требовать выходного пособия по рационализации. На предприятиях еще очень и очень часто наблюдается грубое обращение администрации с рабочими, матерщина, тыканье и т. п. Мы предлагаем потому включить в коллективный договор специальный пункт о необходимости вежливого обращения. В настоящем письме мы коснулись только вопросов, имеющих непосредственное отношение к колдоговорной кампании. Совершенно естественно, что конкретные предложения к каждому данному колдоговору должны вытекать из изучения условий труда и производства в каждом данном предприятии, в каждом данном тресте. Выставляя свои требования, необходимо уделить серьезное внимание так наз[ываемым] мелочам: кипятильники, умывальники, полотенца и т. п. Наши основные требования таковы: механическое повышение зарплаты на 5%. Закрепление действующих норм и расценок. Увеличение ассигнований на мероприятия по охране труда. Привлечение к судебной ответственности виновных в несчастных случаях. Упразднение льготного тарифа по социальному страхованию. Отказ от 7-мичасового рабочего дня в порядке кампании, тщательно продуманная подготовка к этому каждого предприятия. Вежливое обращение с рабочими. Внимание к «мелочам». Эти требования предполагают решительную борьбу против профсоюзных бюрократов за действительную рабочую профсоюзную демократию.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх