Луковица – 21

А чем же у нас занимался товарищ Уильям Вайзмэн пока немецкие шпионы были заняты тем, что сыпали отраву в американские колодцы и подбрасывали гвозди в американское сливочное масло? Товарищ Вайзмэн, как вы уже, наверное поняли, был далеко не прост и решение, которое он принял, было неординарным. Как только началась война, он, "повинуясь зову сердца", попросился добровольцем на фронт. Легко ли это было? Нелегко, наверное. К августу 1914 года скромный баронет из вчера еще нищего искателя приключений превратился в главу правления респектабельнейшей инвестиционной компании Хенденс Траст со штаб квартирой в Лондоне, одновременно он числился владельцем еще двух английских фирм и вдобавок по бумагам был президентом и вице-президентом двух фирм в Канаде. С таким-то счастьем и на свободе! Замечу, что вундеркинду в тот момент еще не исполнилось и тридцати лет. И вот такой человек бросает все свои фирмы, все дела, все мексиканские развлечения и пишет рапорт – "в этот суровый час… не могу… родина зовет… захватчик топчет…", ну, словом, все, что положено в таких случаях писать и отправляется на фронт в чине все того же полковника в пехотную дивизию герцога Корнуоллского. Рисковал ли Вайзмэн? Рисковал, конечно. Ну, да он к риску был привычен, избрал он себе такую жизненную стезю – быть рисковым человеком.

На фронте он пробыл недолго. В одном из первых же боев доброволец получил легкое ранение (в некоторых источниках пишут, что немцы слегка траванули его газком), немедленно начал жаловаться на резко ослабевшее в связи с ранением зрение, был комиссован и отправлен в тыл. Вернулся он туда же, откуда и уходил на фронт – в разведку и под начало все того же весельчака Смита-Камминга. Вернулся он, правда, не с пустыми руками – теперь наш разведчик был не просто шпион, а был он получивший боевые раны фронтовик, на чьей груди огнем горели ордена. Баронет знал, как делаются карьеры. Он был не дурак. Как отозвался о нем по другому, правда, поводу лорд Ридинг – "Wiseman is well named". Еще бы! Как корабль назовешь, так он и поплывет. Сталин плавал по-сталински, а Горбачев плавал по-горбачевски, нам ли того не знать. Ну и кого же, как не такого способного человека, каким зарекомендовал себя сэр Уильям, было посылать в Америку с в высшей степени щекотливым поручением? Когда Кабинет Его Величества обратился к мистеру "С" с просьбой подобрать кандидатуру, то Смит-Камминг колебался недолго. Вайзмэн, конечно же! He is the one. В ноябре 1915 года Вайзмэн поплыл в Америку. Зачем? Интересный вопрос.

1915 год был годом решающим, годом определяющим. К началу его прошло несколько месяцев мировой войны и многие вещи выступили рельефнее, выпуклее, так сказать. И не только для прямых участников, но и для сторонних наблюдателей, для таких, например, как Североамериканские Соединенные Штаты. Америке можно было продолжать сидеть сиднем, прикидываться нейтральной и ждать, когда победитель в войне подомнет под себя весь мир, а можно было попытаться в той круговерти ухватить за чуб и свою удачу. В войне Америка увидела возможность перейти в другую, в сверхтяжелую весовую категорию. Решила – сделала. Не одни только русские долго запрягают, а потом быстро едут. Жить захочешь, не поедешь – полетишь! Раздвигается занавес и на сцену под аплодисменты публики выходит главный герой. В афише нашего спектакля значится прима – Эдвард Хаус. Его выход.

В январе 1915 года полковник Хаус отправился в Европу и провел там целых шесть месяцев. Любитель путешествий времени зря не тратил, он путешествовал из одной европейской столицы в другую. (Я, между прочим, нигде не нашел свидетельств того, что он посещал Санкт-Петербург. Очень интересно, встречался ли полковник Хаус с полковником Романовым? Из самого факта встречи можно было бы извлечь очень много интересного.) В Европе Хаус первым делом встретился с тогдашним владыкой мира (я ничуть не преувеличиваю) королем Великобритании Его Величеством Георгом V. Лично, с глазу на глаз. Замечу, что это произошло в нарушение всех писаных и неписаных правил. Даже и сегодня такая встреча выглядела бы странно, а уж тогда… Для того, чтобы решать дела государственной важности, у нас есть монархи, у монархов есть премьер-министры, у премьер-министров есть министры иностранных дел, в странах "демократических" есть "всенародно избранные президенты" и опять же премьер-министры с министрами помельче. Вся эта публика устраивает "саммиты", изображает "переговорный процесс" и "встречи без галстуков". А тут – нате вам. С самым могущественным человеком мира встречается не президент, а "друг президента". Именно так именовали Хауса не только в Америке, но и в Европе. Высшая должность в государстве – Друг Президента. Замечательно!

Теперь, когда с тех пор прошла почти сотня лет и многое тайное стало явным, можно с достаточной степенью уверенности предположить, что именно тогда, в январе 1915 года Англия сделала Америке предложение, от которого не было возможности отказаться – Америка должна была выйти из добровольной изоляции и стать активным игроком, в английской команде, естественно. Англия решила переориентироваться, она решила перенести одну из точек опоры за океан. Англия решила произвести размен фигур, поменять одного стратегического союзника на другого. Одну фигуру с доски смахиваем, другую ставим. Россию – ко всем чертям, а точно такую же обильную и богатую всякой всячиной Америку – в дамки. Россия – извечный конкурент, а тут такой удобный момент от нее избавиться, ну, а Америка, так что Америка, она нам не соперник, они вон все бегают в коротеньких штанишках. Бестолочь, ковбои. Все никак не наиграются. "Полковники", итить их мать…

Судьба России была решена тогда, в начале 1915 года. Шансов у России не было никаких. Кто бы войну ни выиграл, Англия или Германия, Россия войну проигрывала в любом случае.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх