Луковица – 28

Ну что ж… Теперь, кратенько, скоренько так, пробежав по предыстории вопроса, мы можем взглянуть на эпопею товарища Троцкого немного другими глазами. Зачем был отправлен Троцкий в Россию? Да затем. Он ведь этого и не скрывал, он вообще был не слишком умен, наш Леон Бронштейн. Ехал он в Россию для того, чтобы по мере сил способствовать выводу России из войны с Германией. Если смотреть не на ничего не стоящие декларации вроде некоей "борьбы за мир", а смотреть на дела, то ехал Троцкий для того, чтобы Германию усилить. Борьба за мир это ведь штука такая – кому выгодная, а кому и не очень. Если мы кого придушили, то нам борьба за мир очень даже на руку, пусть придушенный и остается придушенным. "Сиди и не рыпайся, проклятый поджигатель, мир ведь во всем мире, ты что, не слышал, что ли?!" Но вы попробуйте посмотреть на это дело с точки зрения того, кому кислород перекрыла ваша мускулистая рука, ему-то от того мира какой прок? Россия, когда она называлась СССР, боролась за мир во всем мире именно потому, что было ей хорошо, и хотелось ей, чтобы было еще лучше, еще мирнее, так сказать. Точно так же боролась за мир и Германия в годы Первой Мировой. Когда то было ей выгодно, кончено же. А когда становилось невыгодно, то Германия тут же вспоминала про подводные лодки и про бронепоезд на запасном пути.

Замысел с Троцким был прозрачен – Америка была нужна Антанте лишь в той степени, в какой была сильна Германия. Слабая Германия = слабая Америка. А на фига нам, спрашивается, Америка сильная, если мы с "тевтоном" и сами управиться можем? Сильная же Германия – это о-о-о… Тут тут же появляются на свет "особые отношения" между "демократиями", тут же идут в ход "узы", "братство", "общие корни" и сдувается пыль с такой замшелости, как некая "цивилизационная близость". Одним словом – "братушки". Чем больше братушек у нас, тем меньше их у нашего противного противника. За Троцким, отправленным на "Кристианияфьорде", стояли интересы государства под названием СаСШ. За ним же стояли и интересы Германской Империи (еще бы!). Вы спросите меня – а как же Англия? Парадокс в том, что и Англия имела в этом деле свой интерес. Англия пыталась усилить свои позиции в среде "русских революционеров". Дело было в том, что вслед за свержением монархии в России тут же началась борьба за власть, в которой сошлись "социалисты" и "либералы". Победа в конечном итоге что одних, что других и попытки построить в России "свободное общество" означали всемерное усиление позиций социалистических партий уже в самой Германии совершенно вне зависимости от того, находится ли Германия в состоянии войны с Россией или нет. Тут даже трудно сказать, что лучше. С точки зрения англичан немецкие усилия в России по внедрению социалистических идей в конечном итоге работали против самой же Германии. Наверняка немцы это тоже понимали и, выиграй они войну, для побежденной России было бы придумано что-нибудь другое. Судя по тому, кому немцы оказывали поддержку в 1917-18 годах, ставка была бы сделана на "национальные движения". На "генерала Франко". Только в случае с Россией, в силу ее масштабов, счет таким "каудильо" шел бы на дюжины. Европа разбила бы Россию на пару десятков "Украин" со своей маленькой гражданской войной в каждой из них. Вот можно было бы наиграться, вот можно было бы натешиться!

Словом, все тогдашние основные игроки видели друг-друга насквозь (во всяком случае, им так казалось) и речь шла лишь об одном – о времени. Кто успеет первым. Rat race.

В конце 1915 года Вайзмэн был отправлен в Америку с соответствующими полномочиями, с, так сказать, мандатом – ему была передана в подчинение сеть британских агентов в Северной Америке. Замечу, что не вообще всех агентов, а только агентов разведки, МИ6, сделано это было не без умысла. Очевидно, выбор в пользу Вайзмэна был сделан потому, что он прекрасно был знаком с американскими реалиями, хорошо показал себя в Мексике, а также в силу психофизиологических свойств его натуры. Вайзмэн был тем, что мы называем "хитрецом". Миссия его была в высшей степени щекотливой, ибо оперировать ему, то-есть бороться с немецким "влиянием" (чрезычайно сильным!) в Америке, приходилось в стране нейтральной. Причем нейтралитет СаСШ отнюдь не был дружественным, что и продемонстрировал ряд внешнеполитических инициатив Хауса. Поскольку у государств секретов друг от друга нет, то истинная роль Вайзмэна и род его занятий особо и не скрывались. Между ним и Хаусом тут же установились близкие, чуть ли не дружеские отношения, что позволило в последующем трактовать роль Вайзмэна как "связного" между Вашингтоном и Лондоном. Английской стороной значение тому, чем занимался Вайзмэн в Америке, придавалось столь высокое, что его рапорты, минуя бюрократическую цепочку, доставлялись сразу на самый верх и тут же становились одним из пунктов в повестке дня во время заседаний Кабинета Его Величества.

Почему американцы уцепились за Троцкого, понятно. У них просто под рукой не было никого другого. И немцы, и англичане успели обзавестись "рычагами" в среде российских политиков, как текущих, так и "перспективных", однако Америка до марта 17-го была не того уровня игрок, чтобы иметь своих "агентов влияния" в правительстве далекой России. Но вот когда и у англичан, и у немцев возникла нужда в Америке, а Америка, в свою очередь, остановила свой выбор (а он был, прямо скажем, нешироким) на Троцком, как тут же на нем сфокусировался взгляд и других дядей – побольше и потяжелее. Троцкий превратился в "фигуру", он стал элементом игры. Есть все основания полагать, что план в отношении Троцкого был общим. Даже более того, существуют свидетельства того, что Хаус, Вайзмэн и Троцкий встречались. Во всяком случае, они посещали некий дом, расположенный по одному и тому же адресу. И вот когда уже все было на мази, когда Троцкому был выдан (по личному распоряжению Вильсона!) американский паспорт, когда его снабдили "фондом" и, проинструктировав, посадили на пароход, вот тут Империя нанесла ответный удар.

Английское государство, мудро разделив разведку и контрразведку, не менее мудро всячески разжигало соперничество между шпионскими ведомствами. Этим вообще-то занимаются все государства, конкуренция – залог успеха. Ревность, переходящая во вражду, не позволяет почивать на лаврах, приходится "крутиться", а как же! Ну и вот, один из участников интриги, хитроумный баронет наш Вайзмэн, как только Троцкий, душа которого пела от счастья, отчалил из Нью-Йорка, посветил из под полы фонариком. Посигналил он морзянкой своим друзьям-соперникам из британской контрразведки, МИ5, которые счастливцы, жадные до чинов и премиальных, и сцапали Троцкого в Галифаксе. И теперь один из участников игры, полковник Хаус лично, вынужден был обращаться к другому участнику игры, Вайзмэну, с просьбой "похлопотать", а Вайзмэн в ответ разводил руками – да это не я, это гады из контрразведки, а они, между нами говоря, знаете, какие сволочи, да им еще и сам премьер-министр благоволит, так что тут хлопочи не хлопочи, но без официоза не обойдешься, и Хаус ехал в White House, там торопил Вильсона, тот подписывал бумаги, потом они переговаривались с английской стороной, которая делала круглые глаза – это надо же! да что вы говорите? да неужели? прямо в Россию? а с какими целями? да не может быть! Тянулась эта бодяга месяц и кто знает, какие политические уступки были сделаны американцами за возможность продолжить операцию, которую они с англичанами же и разрабатывали. Ох, уж эти мне бритты! Мастерство не пропьешь. О конфискованных "фондах" после всего произошедшего, думаю, никто даже и не вспоминал.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх