КАФЕДРА ВАННАХА: Bestiarum genus


«Реалити-шоу». Самое популярное ТВ-зрелище. Древняя традиция. Как всегда - из Рима. Пока к бою готовились гладиаторы-мечники с ретикуляриями-сетевиками[Ретикулярий - гладиатор с сеткой и трезубцем. Южное созвездие Reticulum (Сетка) не имеет ничего общего с этой потехой. Оно - от сетки нитей в рефлекторах XVIII века], достойные квирины с семействами глазели в бестиарии на обезьян.

Человек боялся. Гиен, скалящихся под пальмой. Пещерных медведей, таящихся во тьме. Махайродов, нападающих как молния. Соседнего племени и государства. Войны химической и войны ядерной. Ведьм и колдунов. Шпионов и заговорщиков. Засухи и голода. Наводнения и урагана. Тирании, анархии, восстания масс. Опытов профессора Дельгадо по прямому управлению человеческим поведением. Но действительно страшная вещь появилась из вполне логичного и скорее даже эволюционного развития той технологической цивилизации, которая обеспечивает довольно благополучное существование на третьей планете желтого карлика шестимиллиардной популяции приматов.

Начиналось все хорошо. Сначала компьютер бодренько передоказал все теоремы в «Principia mathematica» - фундаментальных «Основаниях математики» Рассела и Уайтхеда. Поcле этого возможности вычислительной техники - в ее логическом, символьном, а не цифровом, расчетном обличии - стали все шире и шире применяться для доказательства теорем. Изящно и компактно формулируемых, но невероятно длинно доказываемых. После первой эйфории наступило некоторое замешательство.

Затем заговорили о кризисе математики. Очередном. Связанном с тем, что проверить компьютерное доказательство теоремы обычным методом невозможно. Слишком долго и трудоемко. А безусловно надежных средств проверить корректность работы программы не существует. Всегда имеется какая-то вероятность.

Самая обыденная вещь - связка ключей. Брелок с сигнализацией, брелок-фонарик. Даже отвлекшись от цифровой схемы управления сигнализацией, мы все равно имеем дело со светодиодами. Инфракрасными - в сигнализации. Видимого спектра - в фонарике. А эти устройства сильно отличаются от лампы накаливания. Конечно, квантовые эффекты происходят и в нити светильника Лодыгина. Но для создания этого устройства знать их не надо. Как и следует из истории.

А вот светодиоды появились лишь после того, как была создана квантовая электродинамика. Интерпретируемая только математикой. Не имеющая отображения на обычный язык, порожденный здравым смыслом макромира.

То есть обычным языком, языком популярных книг и школьных учебников, объяснить функционирование лампы накаливания еще можно. И оперируя понятиями здравого смысла, этот прибор можно построить.

Светодиод - уже за гранью. Он работает. Он светится. Он производится. Он продается. А вот рассказать, что происходит внутри него, так, как в начале позапрошлого века Майкл Фарадей рассказал о тогдашних осветительных приборах в классической научно-популярной брошюре «Истории свечи», уже нельзя. Для крошечного и широко распространенного устройства есть лишь один язык - язык математики.

И вот тут-то начинается страшное. Человечество столкнулось с гранью, за которой проблему начинает представлять уже не описание Мироздания на языке математики, но сам этот язык.

Человек успешно справлялся с трудностями физического мира. Давно съедены пещерные мишки, истреблены саблезубые тигры. Ему помогла не физическая сила, а разум. Парадоксально, но на надгробии Бенджамена Франклина указано не то, что этот человек изображен на популярной банкноте, но то, что любитель воздушных змеев отнял у Зевеса его атрибут - перун. Все это - победы разума.

И даже с соблазнами для разума, которые порождают маркетологи с политтехнологами, хорошо изучившие психологию масс, человек вполне способен справляться. С помощью того же разума. Подумав лишь не так, как все. («Мысли инако» - в лозунге известной фирмы.)

А вот предел, дальше которого человек (не конкретный индивидуум, но род Homo Sapiens!) не может оперировать математикой, «языком Вселенной», - это предел для разума. Рубеж интенсивного развития; граница проникновения глубже в суть вещей.

Законы, описывающие физический мир, давно уже выразимы лишь формулами. Но язык формул вдруг оказывается неусвояем человеком. Представим себе писателя, которого внезапно поражает алексия, потеря словарного запаса. Впрочем, Жорж Сименон сознательно ограничивал объем слов, употребляемых в цикле о комиссаре Мегрэ. Но это - из сферы маркетинга, нежели литературы.

И перед человеком оказываются два пути. Или ограничить себя животной сутью, запереть себя в глобальном обезьяннике всеобщего реалити-шоу для жратвы и спаривания, перемежаемого ожесточенными, но неумелыми драками. Или вернуться к опыту классической античности - сосуществовавшей с имманентными, вполне материальными божествами. Не имеющими ничего общего с трансцендентностью, потусторонностью иудеохристианства. Да, они превосходят человека силой, физической мощью, мощью логического разума - быстрого и объемного, но отнюдь не всеведущего. А самое главное - они не выше человека в моральном отношении. Распря-Эрида, Краса-Медуза - они с Олимпа. Людям, возможно, придется жить с олимпийцами, порожденными технологией. Или - в бестиарий.


Bestiarum genus - животный мир (лат.).







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх