Загрузка...



ПЕРМАНЕНТНЫЙ ПЕРЕВОРОТ

Когда-то Франсуа Миттеран (ещё не президент Франции, а оппозиционный левый депутат), назвал действующую в стране конституцию «перманентным государственным переворотом». Позднее он сам стал президентом и прекрасно себя чувствовал в рамках той же самой конституции. Между тем к российскому Основному Закону выражение Миттерана подходит ещё более, чем к французскому.

В конституции, сочиненной для генерала де Голля, власть была сосредоточена в руках президента, но определенное значение всё же сохраняли политические партии, а парламент имел, хоть и урезанное, но реальное влияние. Российская конституция повторяет все авторитарные черты французской, но из неё тщательно удалены все элементы, которые могут привести к возникновению демократического процесса. Эта система очень удобна для людей, сидящих в Кремле. Но у нашей «управляемой демократии», есть один фатальный недостаток. В ней не предусмотрена процедура смены власти. Все же прекрасно понимают, что выборы это фикция, единственный смысл которой - легитимировать передачу власти, которая внутри президентской администрации уже состоялась.

В странах, раньше нас отработавших механизм управляемой демократии, передача власти совершалась либо через решение господствующей партии, либо через прямое вмешательство военных. Например, в Мексике Институционально-революционная партия десятилетиями контролировала выборы, получая около 80% голосов, независимо от того, как заполнялись избирательные бюллетени. Новым президентом автоматически становился тот, кого уходящий лидер делал главой партии.

В некоторых азиатских странах было ещё проще: военные совещались между собой и сообщали политикам имя кандидата, которому предстояло победить. Увы, в России система личной власти президента доведена до почти да абсолюта, а потому успешно построить государственную партию не удалось.

«Единая Россия» слишком слаба, откровенно непопулярна, а главное - не контролирует аппарат управления. Решение, проведенное через её съезд, не будет рассматриваться как окончательное, оно может оспариваться другими группировками. Что касается военных, то они не только не пользуются у нас таким влиянием как в Азии и Латинской Америке, но и не представляют собой консолидированную и политически организованную корпорацию.

Иными словами, они не только не могут навязать свою волю другим политическим игрокам, но неспособны и сформулировать общую позицию. В таких условиях передача власти зависит от придворных интриг, именуемых у нас «политическими технологиями». В 2000 году подобная операция произошла на удивление гладко, но для того, чтобы организовать приход Владимира Путина в Кремль потребовались взрывы домов, вторая чеченская война и другие не совсем стандартные методы. Немалую роль сыграл и талант Бориса Березовского, лучшего политического интригана нашего времени.

После успешного завершения первой «операции наследник» можно было некоторое время почивать на лаврах. Однако 2008 год неумолимо приближается, заставляя все группировки правящей бюрократии и олигархии мучительно искать решение. Сам факт истечения президентских полномочий Путина гарантирует неизбежность политического кризиса даже в том случае, если социально-экономическая ситуация в стране останется стабильной.

В 1998-99 президентская администрация должна была подавить фронду региональных лидеров, борьба с которыми успешно велась на протяжении всего правления Путина. Отменив выборы губернаторов, и централизовав финансы, Кремль в значительной степени решил эту задачу.

Но тем временем сама администрация президента превратилась в подобие петербургского царского двора начала XVIII века. Здесь плетут заговоры, строят козни друг против друга, планируют всевозможные интриги, единственная цель которых - подорвать позиции собственных партнеров. С такой администрацией осуществить «операцию наследник» будет во второй раз куда сложнее, нежели в первый. То, что сколько-нибудь серьезной оппозиции у Кремля больше нет, лишь усугубляет положение. Ведь не чувствуя угрозы извне, кремлевские начальники сосредотачивают все силы на борьбе между собой.

По законам придворной интриги, победа одной группировки означает крушение другой. Единственным способом сохранить всё таким образом, чтобы и овцы и волки остались целы, является продление президентского срока. Это, по меньшей мере, отложит неприятности на четыре года. Да и народ к Путину уже привык. Но парадоксальным образом, именно это решение - наиболее безопасное с точки зрения кремлевских раскладов, будет означать смену Конституции.

Как ни крути, а получается переворот.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх