Загрузка...



V

Когда я достиг тринадцати лет, а в эти годы каждый иудей должен был выбрать себе жену, наш дом стали посещать люди, желавшие иметь меня зятем. Однако, не желая связывать себя узами брака, но желая совершенствоваться в знаниях духа, я искал пути обойти сию традицию.

В то же время купцы из Иерусалима часто отбывали в далекие страны у реки Инд, чтобы привезти оттуда редкие пряности и благоухания, самоцветы и золото. И слышал я, что живут там учителя в знаниях разного рода весьма искушенные. Я тайно оставил семью, присоединился к одному из караванов и отправился с купцами на берега Инда.

Долгий путь мы прошли с купцами через дивные страны, пока достигли берегов Инда и пришли к ариям, поселившимся в той стране. Когда мы следовали по стране Пенджаба и Раджпутана, где жили почитатели бога Джайна, я изучил их язык и часто говорил о тайном знании человеческого духа. И жрецы просили меня поселиться у них, однако поклонение мертвому богу претило мне.

И я оставил заблуждавшихся поклонников Джайна и остановился в Джаггернате, в стране Орсис, где покоились смертные останки Виассы-Кришны. Там белые жрецы Брамы устроили мне радушный прием, ибо слышали уже о мальчике из далекой страны, который в поисках знаний пришел к Инду.

Я учился у них читать на их языке и понимать Веды, исцелять болезни тела, обучать и разъяснять народу тайны духа, изгонять из тела человека дух зла и заблуждения и возвращать ему истинно человеческий образ.

Шесть лет я провел в Джаггернате, Раджастхане, Бенаресе и других священных городах, и все меня любили, ибо жил я в мире с вайшьями и шудрами, которых он обучал науке духовной жизни, прочитанной в Ведах. Тогда народы по берегам Инда делились на касты. Высшими были брамины-жрецы и кшатрии-воины. И говорили мне брамины и кшатрии, что бог Брама запретил приближаться к сотворенным из его чрева и ног. Вайшьи, которые живут с жалкой торговли, могут слушать Веды лишь по праздникам, шудрам же, которые суть были рабы, запрещено было не только присутствовать при чтении Вед, но даже смотреть на них. И говорили мне, что шудры обязаны только вечно служить рабами браминов, кшатриев и даже вайшьев. Пара-Брама говорил мне:

– Только смерть может избавить их от рабства. Оставь же их и иди поклоняться с нами богам, которые прогневаются на тебя за неповиновение им.

Я же сильно восставал против того, что человек присваивает себе право лишать своих ближних человеческого достоинства, и говорил:

– Отец наш в духе не делает никакого различия между своими детьми, которые все одинаково ему дороги. Ибо дух в начале, от рождения у всех одинаков. И душа в начале одинакова.

И, разумея, что люди сотворены равными, и у каждого есть свой отец духовный в середине мозга ли или сердца, как в браминах, так и в шудрах, не внимал речам жрецов, общаясь с простыми людьми.

Меня называли Есесом из Ирана, через который я пришел. Я отвергал божественное происхождение Вед и Пуран, ибо я учил следовавших за ним, что закон был дан человеку, лишь чтобы руководить его действиями. Я отрицал Тримурти и воплощение Пара-Брамы в Вишну, Сиву и других богов, ибо говорил, что дух человека единственный и неделимый в мире: он один в человеке содержит и живит все. И говорил я шудрам и вайшьям о браминах:

– Чтобы угодить камням и металлам, человек приносит в жертву людей, в которых обитает дух живой. Он унижает работающих в поте лица, чтобы приобрести милость тунеядца, сидящего за роскошно убранным столом. Но те, кто лишают своих братьев радости жизни, будут лишены ее сами, и брамины и кшатрии станут в духе своем шудрами шудр.

Вайшьи и шудры были весьма удивлены и спрашивали меня о том, как им нужно молиться, чтобы не погубить своего счастья. И я отвечал им:

– Не поклоняйтесь идолам, ибо они вам не внемлют, не следуйте Ведам, в которых истина искажена, не считайте себя всегда первыми и не унижайте своего ближнего.

Белые жрецы и воины, узнавши речи, которые я обращал к шудрам, решили меня убить, для чего послали своих слуг отыскать меня.

Я же, предупрежденный об опасности шудрами, ночью покинул окрестности Джаггерната, добрался до горы и поселился в стране Гаутамидов, где родился великий Будда Шакья-Муни, среди народа, поклоняющегося единому и величественному Браме. Изучив там язык пали, я предался изучению священных свитков Сутр. После шести лет учений я мог объяснять все свитки.

Около Лхасы был храм учений, богатый рукописями. Я хотел ознакомиться с ними сам. Минг-Сте, великий мудрец всего Востока, был в этом храме. Через много времени, с величайшими опасностями, я с проводником достиг этого храма в Тибете. И Минг-Сте и все учителя широко открыли врата и приветствовали меня. Часто Минг-Сте беседовал со мною о грядущем веке и священной обязанности, принятой народом этого века.

Потом, наконец, я достиг горного прохода, и в главном городе Ладака я был радостно принят монахами и людьми низкого состояния. И я учил в монастырях и на базарах, там, где собирался простой народ, – именно там я учил.

Среди ладакцев я провел много дней. Я учил их лечению и о том, как превратить земную жизнь в небо радости. И они полюбили меня, и, когда пришел день ухода, печалились, как дети. И утром пришли множества проститься со мною. Я повторял:

– Я пришел показать человеческие возможности. Творимое мною все люди могут творить. И то, что я есть, все люди будут. Эти дары, мною приносимые, принадлежат народам всех стран – это вода и хлеб жизни, ее душа и плоть.

Тогда, оставив горы, я спустился в долину Раджпутана и направился к западу, проповедуя различным народам о высшем совершенстве человека. И говорил я:

– Тот, кто возвратит свою первоначальную, от рождения данную чистоту, простив себе все грехи, после убиения своей грешной души в себе и рождения новой, чистой, будет иметь право созерцать величественный образ своего отца, своего чистого духа.

Проходя по языческим областям, я учил, что поклонение видимым богам противно естественному закону. И я говорил:

– Несовместимо с человеческой совестью ставить величие своего чистого духа ниже животных или предметов, сделанных рукой человека из камня или металла. Закон духа человеческого – против принесения человеческих жертв истукану или животному, ибо я – человек – принес в жертву себе всех животных и все, что находится в мире. Поступайте и вы так же. Все в мире посвящено человеку, который один имеет дух и начало, отца в нем, и человек один находится в непосредственном и тесном единении с отцом. Поэтому строго будет судим и наказан в своем духе тот, кто лишает отца его сына – душу истинную. И я вам говорю: оставьте своих идолов и не исполняйте обрядов, которые разлучают вас с вашим отцом и связывают вас со жрецами, от которых их чистый дух отвернулся. Они отвратили вас от истинного бога, а суеверия и жестокость их ведут вас к испорченности духа. Ибо единственный бог – основа, начало вашего духа, отец в вашем духе.

Слова мои распространились между язычниками в странах, которые я проходил, и жители покидали своих идолов. Видя это, жрецы потребовали у меня в присутствии народа истинных доказательств порицаний, которые я на них возвел, а также доказательства ничтожности идолов. И я им отвечал:

– Если ваши идолы и ваши животные могущественны и действительно обладают сверхъестественной властью, ну, что ж, пусть они поразят меня громом на месте.

Жрецы же мне возразили:

– Сделай же чудо. Пусть твой бог пристыдит наших, если они внушают ему отвращение.

Но тогда я им ответил:

– Чудеса нашего бога, отца в духе, начали проявляться с первого дня, как мы родились. Кто их не видит, тот лишен одного из лучших даров в жизни. Ибо он есть раб, и несвободен, и неспособен узреть истину. И не против кусков камня, металла или дерева, совершенно бездушных, гнев отца будет свободно разражаться, но он падет на дух людей, которых нужно было бы истребить за всех сделанных ими идолов, чтобы этим их спасти. И когда вы поймете истину, кара в вашем духе будет страшной, и будет душа ваша ввергнута в огонь адский. Не идолов только уничтожит ваш отец, даруя озарение истиной, но и тех, которые будут их воздвигать. Их сердца станут добычей страшного огня. Горе вам, противники людей, горе вам, если вы ждете, что отец ваш засвидетельствует свое могущество чудесами видимыми. Гляньте на певцов. Откуда их таланты и эта сила? За одну короткую жизнь, конечно, они не могли накопить и качество голоса, и знание законов созвучий. Чудеса ли это? Нет, ибо все вещи происходят из естественных законов. Многие тысячи лет назад эти люди уже складывали свою гармонию и качества. И они приходят опять еще учиться от всяких проявлений.

Видя бессилие своих жрецов, язычники поверили моим словам и разбили вдребезги своих идолов, а жрецы, спасаясь от народной мести, убежали. Я же учил еще язычников не стараться видеть своими собственными глазами свой предвечный дух, но стремиться чувствовать его сердцем и стать душой, поистине чистой, достойной его милостей. И я говорил им:

– Не только не совершайте человеческих жертвоприношений, но вообще не закалывайте для этой цели ни одного животного, которому дана была жизнь, ибо все сотворено на пользу человека, а не богов.

Соседние страны наполнились слухом о проповедях моих, и когда я пришел в Персию, жрецы испугались и запретили жителям меня слушать. Но, увидев, что все селения встречают меня с радостью и слушают мои проповеди, они сделали распоряжение задержать меня и привести к великому жрецу. И спросил меня жрец:

– О каком новом боге ты говоришь? Не знаешь разве ты, несчастный, что святой Зороастр, единый имел честь входить в сношения с высшим существом? Он повелел ангелам записать слово божье для своего народа, законы, данные Зороастром в раю. Кто же ты, что осмеливаешься здесь хулить нашего бога и сеять сомнение в сердца верующих?

И я отвечал:

– Не о новом боге, и не о высшем существе я возвещаю, а о нашем отце духовном, истинном отце человека в его духе. Он существовал прежде всякого начала каждого человека, и будет существовать после вечного его конца. Он был в людях до моего рождения, и будет в людях после моей смерти. Он живет столько, сколько живет на земле человек. О нем я беседовал с народом, который, как невинное дитя, не в состоянии понимать отца только силой своего разума и проникать в его духовное величие. Я же говорю: не поклоняйтесь солнцу, ибо оно – только часть мира человека. Солнце восходит, чтобы согреть вас во время вашей работы, и оно заходит, чтобы даровать вам покой, как установлено.

И жрецы возразили:

– Но как мог бы жить народ по законам справедливости, если бы не имел наставников?

Тогда я отвечал:

– Пока народы не имели жрецов и богов, естественный закон управлял ими, и они сохраняли непорочность своих душ. Их души были в истинном боге, в собственном духе и совести, и, чтобы беседовать с ним, нет надобности в посредстве какого-либо идола или животного или в огне, как вы его здесь употребляете. Вы утверждаете, что нужно поклоняться солнцу, духу добра и духу зла, но ваше учение – мерзость, говорю я вам. Ибо солнце не действует произвольно, но по закону, давшему ему начало. И вы совершаете тяжкий грех, разделяя чистый дух человека на дух зла и дух добра. Ибо он – исключительно только дух добра. Как может ваш дух быть злым к вам, а его ядро, начало, тем паче? Разве не есть вы для себя добрыми своим разумом? Насколько же более добрым к вам есть ваш отец в духе, данный вам от рождения? Он, как отец семейства, делает только благо своему чаду, прощает ему все проступки, если он раскаивается. А дух зла живет на земле. Дух зла – есть отношение одних людей к другим, тогда как божественный дух добра – есть отношение к самому себе. Говорю вам: вы ослепили зрячих, передавая заразу носителям добра, проповедуя поклонение предметам, которые подчинены человеку для его собственного блага и помощи ему в трудах. Итак, ваше учение – плод ваших заблуждений, ибо, желая приблизиться к богу истины, вы создаете себе ложных богов.

Выслушав меня, маги решили сами не причинять мне зла. Ночью, когда все селение спало, они вывели меня за стену и оставили на главной дороге в надежде, что я не замедлю сделаться добычей диких зверей. Я же продолжил свой путь домой.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх