Загрузка...



  • 1. ВАИКРА
  • 2. ЦАВ
  • 3. ШМИНИ
  • 4. ТАЗРИЯ
  • 5. МЕЦОРА
  • 6. АХАРЕЙ МОТ
  • 7. КДОШИМ
  • 8. ЭМОР
  • 9. БЕ h АР
  • 10. БЕХУКОТАЙ
  • В А И К Р А (третья книга Торы)

    1. ВАИКРА

    Третья книга называется «Ваикра» и начинается главой того же названия, что в переводе на русский означает «И призвал».

    Итак, призвал Бог Моше и велел передать сынам Израиля обширную и подробную информацию, связанную с канонами жертвоприношения.

    И, как везде в Торе, приношение жертвы содержит глубинный нравственный смысл, ибо жертвоприношение связано с покаянием согрешившего человека и очищением его духа. И далее Тора подробно описывает обряд жертвоприношения того грешника, который согрешит по ошибке, нарушив какую-либо из запрещающих заповедей Бога, или сделает что-либо наперекор одной из них.

    Процесс покаяния и принесение жертвы во искупление начинается, прежде всего, от самого верхнего слоя общества, и идет подробное описание жертвоприношения Первосвященника, если он согрешил во зло народу.


    Далее Бог обращает внимание на ситуацию особого рода. И вот как описывает Тора эту ситуацию: «Если же все общество Израиля совершит ошибку, а собрание не будет знать об этом и будет делать что-либо наперекор одной из запрещающих заповедей Бога, и станет виновно, то, когда станет известно о грехе, который они совершили, пусть собрание принесет грехоочистительную жертву. И пусть принесет жертву вождь и покается вождь, если согрешит».


    Здесь остановимся на минуту и оглянемся по сторонам. Прошло почти 4 тысячи лет после настойчивого повторения этих постулатов. Но мы с вами много ли видели при нашей жизни кающихся вождей? Кающиеся вожди и плачущие большевики — явление для нас немыслимое. Особенно важно покаяние, которое завещал Господь для общества в целом.

    В самом деле, никто не покаялся после злодейского убийства Столыпина, который остановил кровавую анархию девятьсот пятого года, после чего стремительно умножил богатства России. Национальный доход на душу населения вырос с 1908 г по 1913 г почти на 17 %. По общим темпам роста промышленного производства — 7-10 % в год — Россия вышла на первое место в мире.

    И не случайно такое неслыханное экономическое процветание совпало с серебряным веком российской культуры, когда купцы и фабриканты становились меценатами национального искусства. Когда, например, стены вокзалов Северной железной дороги, построенной фабрикантом Мамонтовым, были расписаны великими художниками России. Такому бы развитию еще лет десять… Но, увы, Первая мировая война все перечеркнула и все изгадила. Фактически все проиграли, но никто не раскаялся.

    А далее тифозные конвульсии Гражданской войны: «Или вошь победит социализм, или социализм победит вошь» — хорошая постановочка вопроса в устах Владимира Ильича. А сверх того миллионы убитых и раненных на братоубийственной войне, всеобщее разорение, голод и людоедство. И снова никто не кается.


    Впрочем, нам, евреям, с позиций Торы, прежде всего, следует думать не о чужих грехах, а о собственных прегрешениях. Увы, в контексте сказанного есть немалая доля и нашей еврейской ответственности. А если заговорим о судьбе нашего поколения, то я лично опять вспоминаю слова нашей бабушки: «Зал зи але лигт ин дрерд, кроме Левы Расина». Лева Расин, о чем мы уже говорили, служил в НКВД во время «ежовщины», но крови на нем не было, ибо он был обыкновенным бухгалтером, а его брат Гриша Расин был негодяем, работал оперативником, мучил и убивал людей. Равно как и еще один мерзавец, бывший раввин по фамилии Бироста, который отказался от своего Бога, стал палачом в застенках НКВД и к свом жертвам из числа евреев обращался иной раз на лошем койдеш. Так называли тогда иврит. Мы лично знали этих негодяев, и тогда, в 1937 году, испытывали к ним ненависть и омерзение. А сегодня мы, евреи, обогащенные знанием Торы, принимаем и разделяем постулат Великой Книги о взаимной ответственности евреев друг за друга и принцип общественного покаяния в нашей среде.


    А причин и материалов для покаяния у нас предостаточно. Это и поклонение золотому тельцу, и грех разведчиков, которые за исключением двух праведников, отрешили наших предков от вхождения в землю Обетованную, и мятеж Кораха против Моше — посланника Бога, и, пропуская тысячелетия за неимением времени и места, вспомним уход от Торы в социализм, когда его родоначальник К.Маркс написал в как бы строго научном труде «Капитал»: «За мешками с золотом стоят обрезанные евреи».

    А сам-то он, необрезанный, родился от папы — выкреста. Чем же он гордится на уровне экономической науки — кусочком кожи своей? Впрочем, дело не в мизерном этом кусочке, а в океанах крови, которые хлынули потоком из перерезанных артерий и вен человечества, от революций, гражданских войн, «ежовщины» и коллективизации. Ибо сказано в Книге: «Нельзя отбирать у богатого, чтобы содержать бедного». А мы добавим из опыта своего: тогда все становятся нищими.

    Так в конце семнадцатого года у богатых отобрали все для бедных, а через два года разразилась всеобщая нищета, тиф, голод и людоедство. Ввели НЭП. Наши родители думали: еще полгода, чтобы урожай собрать, скотину вырастить, и проклятый голод закончится, и перестанут рубить рояли на дрова.

    Куда там: через две недели хлеба и мяса стало до отвала. Открылись веселые рестораны, булочные и кафе, появились манишки и галстуки. И вместо революционных песен запели бессмертную «У самовара я и моя Маша» и еще одну, душевную:

    Ах, мама, моя мама,
    Какая панорама:
    Три девочки, глазенки, как миндаль.
    Одна мне моргает,
    Другая помогает,
    А третья нажимает на педаль.

    В 1929 году разом все это рухнуло: началась коллективизация. И снова голод, одичание, террор и людоедство.

    В своих мемуарах Н.С.Хрущев рассказывает о том, как он во время голодомора, будучи первым секретарем на Украине, зашел в крестьянскую избу. Здесь он увидел, как женщина вытащила сверток и начала его разворачивать со словами: «Ну вот, Петеньку съели, теперь Ванечку есть будем».


    А ведь тысячелетия назад предупредила Тора: «Не передвигай межу ближнего своего», тем более, не искореняй ее!!!


    Да состоится наше всеобщее покаяние за тех евреев, которые теоретически, организационно или практически участвовали в этих черных делах! Не будем ссылаться на других! Это потом. Начнем с себя!


    Почистим беспощадно наши авгеевы конюшни.

    Вспомним:

    Сто евреев служили в германском Вермахте на высоких постах.

    Еще «Шварце драйценте» («Черная тридцатка») — агенты гестапо в Варшавском гетто. Их разоблачили и утопили в дерьме.

    И раввины — предатели — гости бесноватого иранского фюрера (они целовались с ним и поддержали его людоедскую идею стереть с лица земли еврейское государство).

    И еврейские леваки — либералы, эти новоявленные «полезные идиоты» (по Ленину), которые с университетских кафедр призывают к бойкоту Израиля.


    Мы должны знать наших антигероев. Они символы нашего покаяния и нашего всеобщего презрения.


    Между тем, после массового покаяния немцев и японцев в этих разгромленных после Второй мировой войны странах началось такое экономическое чудо, что эти побежденные обогнали в развитии и богатстве своих победителей и сохраняют эту дистанцию по сей день.


    Так еще раз в тысячелетиях прослеживается и подтверждается нерушимая универсальность Торы.


    А мы тем временем вернемся к первоисточнику.

    Господь подробно определяет покаяние и жертвоприношение для того, кто прикоснулся к чему-нибудь нечистому: к трупу зверя нечистого, или к трупу скота нечистого, или к трупу гада нечистого и забыл о том, что стал нечистым.

    Или если прикоснулся он к человеку нечистому, — какой бы ни была нечистота, исходящая от него — и забыл об этом, а потом вспомнил, то он виновен и должен принести жертву и покаяться. Этот постулат относится к области санитарии и гигиены. Нарушение этого, изложенного в Торе правила, по сей день приводит к заражению людей и вспышкам эпидемий в обществе.

    Далее Тора продолжает перечисление покаяний и жертвоприношений за грехи человеческие. «Если кто-нибудь покаялся ложно устами своими во вред себе или на пользу, или о том, о чем человек обычно клянется и забывает об этом, то в любом из этих случаев пусть исповедуется он в грехе, который совершил и принесет повинную жертву Богу за грех, который совершил».


    Во вред себе говорили на сталинских открытых судилищах видные коммунисты и не обязательно под пыткой. Многие из них рассматривали самооговор, как последнее партийное задание…


    Постулат Торы о ложной клятве трансформировался к нашему времени в юридическое понятие «лжесвидетельство» и подлежит уголовной ответственности. И ведь сохранился в тысячелетиях, как все остальное, записанное в Пятикнижии Моисея.

    И говорил Бог, обращаясь к Моше так: «Если кто-нибудь согрешит перед Богом и злоупотребит доверием ближнего, отрицая, что ему было отдано что-то на хранение или во временное пользование, или будет виновен в грабеже или присвоении имущества ближнего, или найдет потерянное и будет отрицать все это — и поклянется ложно, что он не совершил эти грехи, то, признав вину, он должен возвратить то награбленное, что награбил, или присвоенное, что присвоил, или вклад, который был ему доверен, или то потерянное, что он нашел».

    Во всех случаях ложной клятвы он, прежде всего, должен вернуть все сполна, прибавив пятую часть и отдать тому, кому это принадлежит, в день признания вины своей. И, в заключение, удовлетворив потерпевшего, виновный по ходу своего покаяния и душевного очищения, приносит жертву Богу в строгом соответствии с установленным ритуалом. Ибо согласно Торе дело не только в торжестве материальной справедливости, но и в очищении духа, оскверненного грехом.

    Однако, высшая форма жертвенности — это самопожертвование, и в истории нашего народа примером этому является героическая жертвенность защитников крепости Моссада. Отчаянная жертвенность во имя высокой ответственности.

    И чтобы увидеть это своими глазами и прикоснуться к этому своими руками, мы, экскурсанты, едем в древнюю крепость Моссаду (она расположена высоко в горах). Сегодня от подножия до вершины можно добраться на фуникулере. Но местная молодежь предпочитает пешее восхождение. Крепость по тем древним временам была неприступна. Она стала последним очагом сопротивления, когда Иерусалим уже пал, и храм был разрушен, и была отчеканена монета с латинской надписью «Ерушалаим капта!». — «Иерусалиму конец!».. Весь Израиль оккупирован, иных евреев распяли уже на крестах, а других изгнали из страны, рассеяли по миру. И только Моссада — крошечная точка на карте Великой Римской Империи — сопротивляется упорно и безо всякой надежды. Ибо все уже давно закончено. Осада тянется несколько лет. И тогда искушенные римляне возводят фортификационные сооружения вровень с крепостными воротами… Завтра они запустят стенобитные машины и ворвутся в крепость. И тогда…

    Наш гид собирает нас где-то меж каменных казематов на открытой лужайке, он сообщает нам, что именно на этом месте командир гарнизона собрал весь личный состав и семьи защитников. Далее он (гид) вынимает из папки документ и в русском переводе зачитывает нам обращение того командира. И мы из уст нашего гида, как и те, кто стоял на этом же месте 2000 лет назад узнаем, что римляне завтра войдут в крепость. Но самое главное — народ Израиля уничтожен и завтра, с падением Моссады, еврейский народ покидает Историю, он исчезает с поверхности земли, как нация. Завтра — последний день.

    Какую память оставим мы у других народов? Рабами ли униженными в цепях и с ошейниками покинем эту землю, или же умрем свободными людьми? Ответственность велика. «И мы в этой крепости последние евреи на земле» — сказал командир — «Мы прощаемся с этим миром. Мы убьем своих детей, матерей, жен и себя. Мы уходим свободными!».

    Они сделали это, и римляне, когда вошли в крепость, похоронили их с воинскими почестями.

    Однако история пошла другим путем (с ней это бывает): исчезли римляне, евреи остались. Над Моссадой сегодня развивается государственный флаг Израиля.


    В новейшей истории с подвигом Моссады перекликается восстание в Варшавском гетто, ибо у восставших практически не было шансов победить и выжить. Они предпочли погибнуть в бою и за это им ВЕЧНАЯ СЛАВА И ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ.

    2. ЦАВ

    «Цав» означает «Повелел».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше так: «Передай Аарону и его сыновьям следующее повеление — вот закон о жертве всесожжения…» и далее следует подробное описание соответствующих ритуалов.

    Как и в любом тексте Торы описание конкретных действий и приемов жертвоприношения содержит глубокий внутренний смысл.

    Прежде всего, жертву всесожжения приносят для того, чтобы искупить свои греховные помыслы. При этом огонь жертвенника как бы становится огнем любви и благоговения перед Всевышним. А мясо жертвы символизирует животную часть человеческой души, которая и возлагается на огонь жертвенника. Грубая часть жертвенного мяса не может быть поглощена огнем полностью, поэтому от жертвы остается зола, которая содержит горечь. Так и в душе человека остаются скорбь и уныние, вызванные тем, что не все силы его животной души перешли в сферу духовности. Однако служить Всевышнему следует в радости, и потому человек должен освободиться от скорби. Во имя этого коэн перед началом службы в храме очищает жертвенник от золы. И далее мудрецы Торы, продолжая эту мысль, провозглашают: «Снимет коэн с жертвенника золу и положит возле жертвенника. Это означает, что прекратятся страдания народа в галуте (по-русски — в изгнании). А затем коэн вынесет золу в чистое место, то есть приведет весь народ в страну Израиля».

    Далее Тора описывает жертву, принесенную в благодарность за чудесное избавление. Речь идет о тех, кто завершил плавание по морю или переход по пустыне, вышел из тюрьмы, выздоровел после болезни. Каждый из этих четырех случаев символизирует трудности и опасности, с которыми человеческая душа встречается, спускаясь в этот мир. Болезнь ослабляет человека физически и лишает его способности ясно мыслить. Подобно человеку, находящемуся во власти недуга, душа, опустившаяся в тело, теряет свою способность воспринимать Божественное. Она находится во власти злого начала, как в тюрьме; ей приходится скитаться в мире, подобном безводной пустыне, где духовное скрыто от непосредственного восприятия, ее захлестывают житейские заботы и тревоги, подобные морским волнам. Таково нравственное содержание благодарственной жертвы.


    Вообще духовный смысл принесения жертвы — это подчинение зла добру, более того, — ПРЕВРАЩЕНИЕ САМОГО ЗЛА В ДОБРО.


    Пройдут тысячелетия, и великий Гете заложит эту ветхозаветную идею в образ Мефистофеля. А еще через столетие наш любимый писатель Михаил Булгаков использует эту идею при формировании бессмертного образа Воланда в романе «Мастер и Маргарита».

    Тора продлевается в современной философии и литературе. И значит, скажет еврей-атеист, у нас появляется еще один стимул для продолжения изучения Торы. А верующий еврей продолжит изучение Торы по самой природе своего сердца.


    Итак, мы продолжаем и для тех, и для других.


    В подробном ритуале жертвоприношения тщательно прописано поведение коэна, когда он имеет дело с жиром или кровью жертвенного животного. И это не случайно.

    Согласно Торе, кровь, в этом случае символизирует действие, а жир воплощает противоположное начало, то есть бездействие. В связи с этим мудрецы Торы ссылаются на притчу о еврее, который большую часть своего времени проводил в синагоге. Этот еврей был маклером. Однажды, когда он, по своему обыкновению, находился в синагоге, к нему домой пришел солидный клиент, который долго ждал хозяина, не дождался и ушел. Когда еврей вернулся домой и узнал об этом, он очень сожалел о потерянной сделке и укорял своих домашних за то, что они не вызвали его домой. В следующий раз к еврею домой пришел его кредитор. Наученные предыдущим горьким опытом, родственники кинулись за евреем в синагогу и своевременно привели его домой. В результате чего ему пришлось срочно оплатить свой долг.

    «Что же вы делаете?» — вскричал еврей — «Когда надо было меня вызвать, вы с места не сдвинулись, а вот когда не надо было вызывать, так вы кинулись за мной. Вы путаете то, что надо делать с тем, что делать не надо».

    На первый взгляд вопрос не сложный, лежит на поверхности.

    Но вот через четыре тысячи лет в классической русской литературе появляется знаменитый роман Гончарова «Обломов». В романе противопоставлены два героя, два начала — Обломов и Штольц. Первый — воплощение бездействия, второй — символ прагматического движения. И вот уже полтора столетия именитые критики и рядовые читатели спорят о том, кто из них является положительным героем, а кто отрицательным.

    А вот с точки зрения мудрецов Торы сами по себе действие и бездействие как таковые являются лишь инструментами поведения человека, как, например, скорость и тормоз в автомобиле. Нельзя дать самостоятельную оценку скорости или тормозу. Оценку можно вынести лишь рациональному и своевременному применению того или другого рычага. И все это четко проецируется из нашего времени на жертвенник Торы, ибо там определены философские концепции, зашифрованные жиром и кровью жертвенного животного, которые, как мы уже говорили, символизируют действие и бездействие.


    Развивая тему философских символов Торы, вспомним, как две тысячи лет тому назад один из мудрецов Торы по имени Гилель проповедовал свое учение. Его прилежный ученик Йонатан-Бен-Узиель так усердно, пожалуй, так исступленно штудировал писание, что в момент его наивысшего духовного напряжения над его головой возникал столб яркого свечения. И когда в эту зону попадали птицы, они падали мертвыми на голову Йонатана.

    А что же будет, когда начнет молиться и приобщаться к Торе его учитель Гилель? А ничего не было и не будет. Мертвые птицы на голову Гилеля не падают, ибо мудрец Гилель не только страстно, но и скурпулезно воспринял учение Торы: огонь жертвенника горит на нем, то есть на жертвеннике. То же и человек, исполняющиймицву, т. е. закон Торы, горит изнутри, но такой внутренний огонь не причиняет вреда окружающим людям и миру.

    Это великая и потрясающая постановка вопроса. Актуальная в тысячелетиях она особенно востребована сегодня.


    Яростная мечта о всемирном халифате прожигает юного шахида изнутри и он радостно выбрасывает это пламя, привязывая себе себе на живот взрывчатку на поясе, а потом идет на дискотеку и там взрывает себя и других детей. Кровавое уродство такого выброса принимает самые немыслимые и замысловатые формы.


    Во имя свободы, равенства и братства сторонники Робеспьера выплеснули свои взлелеянные изнутри чувства на улицу и погнали на гильотины тысячи людей, в том числе и своих преданных союзников по революции. А в конце-концов их собственные головы полетели в те же корзины с кровавыми опилками.


    Российские большевики в самом начале своего пути грезили голубыми городами будущего, где счастливые люди будут любоваться друг другом. А переход небольшой: всего-то из царства необходимости в царство свободы. Это было у них внутри. А когда вырвалось наружу — даже лозунг изменился: железной рукой загоним человечество в царство свободы. И пошло, и поехало. От царства свободы осталось, как говорят евреи, лишь кучка пепла и две пиджачные пуговицы. А все остальное пространство заняла пресловутая железная рука.

    И вот один старый анекдот по этому поводу. Ленин спрашивает у Сталина:

    — Могли бы Вы, Иосиф Виссарионович, ради победы революции убить человека?

    — Да, Владимир Ильич.

    — А деревню?

    — Конечно, Владимир Ильич.

    — А город?

    — Разумеется, Владимир Ильич.

    — А государство?

    — Безусловно, Владимир Ильич.

    — А человечество?

    — Несомненно, Владимир Ильич.

    Ленин, похлопывая Сталина по плечу:

    — Правильно, батенька, правильно.


    Все это происходило, происходит и, возможно, будет еще происходить, когда и если нарушается краеугольный закон Торы: ОГОНЬ ЖЕРТВЕННИКА ГОРИТ НА НЕМ.

    3. ШМИНИ

    «Шмини» означает «Восьмой».

    И было на восьмой день: призвал Моше Аарона и сыновей его и старейшин Израиля и сказал Аарону, чтобы он принес грехоочистительную жертву и жертву всесожжения, чтобы искупить грехи свои и народа. Ибо на восьмой день после всеобъемлющей подготовки произошло посвящение коэнов.

    Аарон же в этот день стал Первосвященником. Ибо Всевышний простил ему грех золотого тельца.

    Восьмой день посвящения коэнов — день, когда был сооружен Шатер откровения. Это был первый день месяца Нисан. И день этот многократно благословен.


    С числом 7 связано естественное развитие мира. Это развитие включает 6 дней построения мира и плюс один день отдыха и осознания содеянного. Тогда как число 8 указывает на категорию, стоящую над миром. Кроме того, восьмой день освящения Шатра совпадает с первым днем месяца Нисан. И вот в такой значительный и торжественный день происходит посвящение коэнов и Аарона. При этом, все они, как уже было сказано, приносят жертвы очищения.

    Ибо, прежде чем проповедовать чистоту нравов среди людей простых и рядовых, нужно самому очиститься и возвыситься духовно.

    Впрочем, у современного еврея может возникнуть то ли вопрос, то ли сомнение: вот уже третья глава этой книги Торы содержит подробнейшее описание условий и ритуалов различных жертвоприношений. И все эти ритуалы связаны исключительно с мясом жертвенных животных. Но ведь в каждом ритуале заключен еще и важный внутренний смысл. И тогда возникает сомнительная, греховная мысль — нельзя ли было зашифровать глубинные постулаты Торы другими символами? Так, чтобы избежать бессчетного повторения быков, ягнят, крови, жира, грудобрюшинных преград, голеней и т. д.

    В связи с этим вопросом и болезненным уколом моего греховного сомнения, пришлось мне вспомнить историю, которая когда-то прошла незамеченной, а в нашем контексте обрела значение притчи.


    Много лет назад, во времена моей юности, которая совпала с окончанием войны, для неизбалованных ростовчан на улице Энгельса, рядом с городским садом открылось небольшое общественное Эльдорадо. Это было изумительное по тем временам кафе-мороженое. За столик, где мы сидели, подсел громадный мужик с бронзовым загаром. К официантке он обратился на английском языке и заказал два килограмма мороженого. Если бы он это сказал по-русски, официантка бы обалдела. Но она ничего не поняла и поэтому промолчала. Оторопели же мы: «Вам действительно два килограмма?

    — Ну конечно, — ответил мужчина — я фермер из Калифорнии. У нас жарко, и в поле мы едим мороженое. И жажду утоляет и голод. Так мы привыкли».

    После этого мы повторили на русском заказ американца и объяснили официантке, что он так привык. Ему подали 2 килограмма, а нам по 200 грамм. Это была первая нечаянная встреча с живым иностранцем. Он оказался словоохотливым парнем и рассказал нам подробности своей жизни, куда входили описания громадного дома и сада, распределение работы в семье между женой, сыновьями и невестками. Батраков у него не было, но были комбайны, трактора и другая техника. И еще раз он подчеркнул, что невестки привозят ему и сыновьям в обеденный перерыв бидоны с мороженым разных сортов на автомобилях.

    Рассказав о себе, он спросил: «Сколько денег вы получаете в месяц?» Мы назвали свою скромную зарплату. Он быстро пересчитал в своей фермерской голове и сказал неожиданно: «А ведь это мороженое вам не по карману.

    — А вам по карману 2 кг?

    — А вы меня с собой не сравнивайте. Ведь я миллионер. Мне 2 кг по карману, а вам 200 г не по карману».

    И тогда мы ему объяснили, что он не прав, что это мороженое мы можем покупать потому, что у нас нет своего дома и сада, своих автомобилей, комбайнов, тракторов, заграничных путешествий. Мы не пользуемся кредитами, не живем в долг, у нас очень скромный гардероб и мизерные потребности. Одним словом, кроме этого мороженого, у нас в жизни почти ничего нет. И значит, 200 г мороженого нам безусловно по карману.

    Он засмеялся и согласился.

    Вспоминая эту историю, пришлось и мне согласится с нашими далекими, далекими предками, которые жили 4 тысячи лет назад, и у которых фактически ничего кроме скота не было. И чтобы они могли воспринять поучения Торы, нужно было прибегнуть к таким символам, которые были бы им понятны и близки, что называется

    «до мозга костей».

    И от осознания этого факта разом прояснился для меня текст Торы. И близкими, и понятными, и родными стали для меня наши далекие предки.


    И вот для того, чтобы возвысить им душу и укрепить их тело, Аарон и коэны его должны были не только проповедывать Тору, но и служить личным примером для них.

    Первоосвященники и коэны, таким образом, в плане нравственном и физическом как бы находились выше и впереди своего народа. Поэтому во всех поколениях их внимательно выбирали и тщательно готовили. Итак, впереди и выше рядовых.

    Этот священный принцип сохранился и по сей день в Армии обороны Израиля. У нас, как мы уже говорили, нет команды «Вперед!», а есть команда «За мной!».


    А все начиналось от Первосвященника Аарона и его помощников. Это они начали фундаментальную, высочайшую, при этом массовую, подготовку народа к тем неслыханным испытаниям, которые выпадут нам в грядущих тысячелетиях, когда на фоне непрерывных гонений появятся тотальные злодеи, которые поставят своей целью «окончательное решение еврейского вопроса».

    Это, например, пресловутый Аман из Персидского царства, день уничтожения которого знаменует праздник Пурим.

    Это Иосиф Сталин, который сфабриковал «дело врачей»; фактически подготовил наше истребление и в апогее этой своей подготовки на глазах моего поколения неожиданно отправился на тот свет. Кстати, в день праздника Пурим. Очень кстати.


    Такое совпадение дат кончины Амана и Сталина религиозный еврей объяснит просто. И мы знаем как. А еврей атеист считает это хоть и счастливым, но случайным совпадением. И снова нам выбирать свою точку зрения.


    Между тем, искоренением евреев занимались и гайдамаки под руководством Богдана Хмельницкого, Гонты и Железняка. Они врывались в дома и синагоги, они вырубили полтора миллиона евреев. И несмотря на это, евреи, как народ, сохранились. Потому что Первосвященник Аарон и его коэны заложили такие нравственные и физические правила, которые позволили нам пережить и этот кошмар, и ужасы Холокоста, когда мы потеряли 6 миллионов своих соплеменников.


    Потрясенная Маргарита Алигер, известная наша поэтесса, писала в 1945 году:

    Танками раздавленные дети,
    Этикетка «Юд» и кличка «жид»
    Нас уже почти что нет на свете,
    Нас уже ничто не оживит.

    И ошиблась! Слава Богу, ошиблась! Слава нашему Богу, она ошиблась!


    И молодой репатриант из Краснодара годами позже ответил ей:

    Мы выходим на рассвете,
    Над Синаем веет ветер,
    Подымая тучи пыли до небес!
    Впереди пески Синая,
    Позади страна родная,
    На груди мой автомат наперевес!

    4. ТАЗРИЯ

    «Тазриа» означает «Зачатие».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше так: «Скажи сынам Израиля так: «Если женщина зачнет и родит сына, то нечиста она будет 7 дней. А в день восьмой пусть обрежут крайнюю плоть ее сыну».


    Согласно еврейской традиции:

    обрезание — знак союза с Богом на теле,

    кашрут — знак на столе,

    Шабат (суббота) — знак на времени.


    Таким образом, и в предыдущей главе «Шмини», и в этой главе «Тазриа» устами современного человека можно говорить о Божественном сборнике правил по санитарии, гигиене и режиму жизни.

    Однако, это не сборник, изданный министерством здравоохранения, а скрижали Господни. Поэтому гигиена, режим и санитария в тексте Торы едины и неделимы с высокими духовными ценностями и целями.


    В самом деле, кашрут, то есть использование сугубо кошерного питания, не только предупреждает заболевания, но и по сути своей является многосторонним самоограничением, а самоограничение формирует стойкую личность и, как результат, — сильное общество стойких людей.

    С другой стороны, отсутствие ограничений, пресловутая «свобода без границ», столь модная сегодня среди либеральной интеллигенции, ведет к размыванию нравственных принципов. В результате нарастает процесс разложения общества, государства, семьи и человека — до наркомании включительно.


    Одним словом, люди, отторгающие самоограничение, обречены на вымирание.

    А евреи, воспринявшие Тору, приняли самоограничения, в том числе кашрут, безоговорочно. Поэтому они, во-первых, не растворились в изгнании, потому что коренное население галута с презрением и насмешкой отрицали кашрут. И, во-вторых, жесткие самоограничения помогли евреям преодолеть кошмары галута.

    В результате, евреи сохранились, и, в частности, поэтому мы с вами появились на свет. Сегодня, увы, в массе своей мы не соблюдаем кашрут. Но жизнь свою мы получили благодаря тем, кто кашрут соблюдал.


    И еще одно интересное обстоятельство: кашрут и другие ограничения появились в тексте Торы задолго до нашего изгнания из царства Иудейского. Еще до того даже, как сформировалось это царство.

    Каким же образом автор Торы мог предвосхитить такую систему правил и самоограничений, которые позволят евреям в далеком и смутном будущем выжить две тысячи лет в галуте? Религиозный еврей хорошо знает ответ на этот вопрос. А что скажет еврей-атеист? Подумаем… И еще раз подумаем наедине с самими собой.


    А пока вернемся к тексту Торы. После рождения сына женщина считается нечистой 7 дней и еще 33 дня, а после рождения дочери — в два раза больше: 14 и 66 дней.

    Дело в том, что, как и в любом тексте Торы прагматические соображения, в данном случае связанные с физическим состоянием роженицы, нераздельны с духовными ценностями. В процессе родов происходит разрыв между женщиной и выношенным ее ребенком. А это, согласно Торе, означает поломку души. А поскольку духовная связь матери с дочерью сильнее, нежели с сыном, то для восстановления души после рождения дочери необходимо больше времени.


    Что касается поломок души на уровне, обозначенном Торой, то нам, современным людям, увидеть воочию такую поломку весьма затруднительно. Возможно потому, что наши безбожные души уже давно сломаны. Как говорится, «Перебиты, поломаны крылья». А вот что касается физических осложнений, то ранние половые контакты после родов и после абортов нередко заканчиваются тяжелейшим восходящим сепсисом.

    Во времена, когда аборты были запрещены в СССР, такие осложнения грозили и жизни больной, и свободе врача.


    К важным гигиеническим правилам Торы относится и прикосновение к мертвому телу. Впрочем, это обстоятельство по сей день влияет на санитарную культуру не только евреев. После возвращения с кладбища люди разных национальностей и вероисповеданий тщательно моют руки с мылом и ополаскивают их. Наши предки делали это 4 тысячи лет назад.

    Вообще, Тора считает важнейшей функцией и обязанностью мужчины и женщины на уровне Господней воли творить то, что называется сегодня репродукцией населения.

    Поэтому мужчина считается нечистым после случайного истечения семени, а женщина — в процессе менструации, которая представляется кровавыми слезами по несостоявшейся беременности.


    Все эти и подобные им события в плане глобального Божественного порядка рассматриваются как уменьшение величины жизни.

    Во искупления некоторых, связанных с нечистотой грехов, в Храме приносят две жертвы — жертву всесожжения и грехоочистительную жертву. После чего следует погружение в микву, ибо вода — это символ жизни.


    Заложенные в Торе принципы и правила санитарии и гигиены являются важными факторами выживания и сохранения нашего народа. И, кроме того, они стали достоянием иных народов и других конфессий. Однако же в еврейском понимании и в практике нашего народа доминирует именно духовная составляющая этих правил и законов Торы. Поэтому в еврейском сознании зеркально отражается известный постулат: «в здоровом теле — здоровый дух». У нас это в тысячелетиях звучит иначе: «сначала было Слово, потом Дело». И, значит, здоровый дух формирует здоровое тело.


    В самом деле, Суворов родился хилым и слабым мальчиком, но высокий и сильный дух будущего полководца заставил его преобразить свое тело. Да так, что он увлек своих солдат к тяжелейшему и опасному переходу через Альпы, возглавляя это движение.


    А много раньше того в древней Греции юный Демосфен мечтал стать великим оратором. Но, увы, был косноязычным заикой. В стремлении к совершенству юный Демосфен закладывал себе в рот морские камни и произносил речи, стараясь перекричать шум прибоя. В результате такой жестокой тренировки он, действительно, стал великим оратором. Сила духа победила его физический недостаток.


    Герои, о которых мы говорили, вошли во всемирную историю. А мы сейчас скажем о наших еврейских соседях, результаты которых, пожалуй, превосходят приведенные выше примеры.

    Давид Ригерт из города Шахты был принят в юном возрасте на работу рядовым шахтером. Однако после работы в забое его пришлось срочно вытащить на поверхность и отправить в медсанчасть, потому что у Давида был порок сердца. Физический труд молодому человеку был противопоказан. Таково было заключение врачей. Но Давид не смирился с этим приговором. Он начал поднимать руками небольшие предметы, каждый раз добавляя по 10–15 граммов веса. Через 4 года такой деликатной тренировки он догнал своих здоровых сверстников. Но не остановился на достигнутом. Продолжая увеличивать нагрузку, этот поразительный человек стал чемпионом мира по подъему тяжестей.


    Еще один поразительный еврей опять из города Шахты Григорий Шнейдерман. Мальчик, от рождения хилый, инвалид по зрению, преодолевая себя, буквально сам вдохнул в себя вторую жизнь. Он стал мастером спорта по ДЗЮ-ДО, на параолимпийских играх в Италии и Австралии завоевал серебряную и бронзовую медали.


    Пожалуй, особое внимание нам следует обратить на еще одного легендарного еврея, который был абсолютным чемпионом мира по штанге. В раннем детстве из уст своего дедушки он услышал еврейскую притчу о том, как один маленький мальчик на своих плечах относил новорожденного теленка к речке на водопой. Эта процедура стала привычной, и через несколько лет могучий юноша носил быка на своих плечах. Потрясенный рассказом дедушки, Гриша Новак занялся штангой, которую регулярно утяжелял. Так и стал абсолютным чемпионом мира.

    Однажды в послевоенное время, когда в воздухе страны уже запахло антисемитизмом, Григорий Новак сидел в роскошном московском ресторане. За соседним столом собралась группа литераторов черносотенного направления во главе с известным антисемитом по фамилии Суров. Этот человек, подымая бокал, произнес злобный антисемитский тост. Григорий Новак услышал и пришел в ярость. Он схватил писателя Сурова двумя руками и поднял над головой, как легкую штангу. Черносотенные литераторы не рискнули даже подойти к чемпиону мира. Они только верещали. Новак спустился со второго этажа на первый, миновал обалдевшего швейцара, ногой распахнул дверь и выбросил писателя Сурова на улицу. Дело замяли, ибо Григорий Новак олицетворял в глазах местной и мировой общественности громадную физическую силу советского народа, а золотые медали просто не умещались на его широкой груди.


    Может быть эта еврейская притча, которая является былью, воодушевит какого-либо ребенка на упорные тренировки. А мы с вами пожелаем ему стать чемпионом мира. И, как говорится, баацлаха (успеха) тебе!

    5. МЕЦОРА

    «Мецора» означает «Проказа».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше, так: «Да будет это законом о прокаженном». И далее на протяжении всей главы подробно описываются ритуалы очищения от болезней.

    До сих пор в предыдущих главах говорилось о нечистоте различных язв. Теперь в этой главе речь пойдет об очищении от них.

    Слово «Мецора» (прокаженный) составлено из первых букв слов «моци», «шем ря» (злословящий). Проказа — наказание человеку за грех злословия.

    Злословие совершается втайне — от человека, о котором злословят. А тот, кто грешит в тайне, словно изгоняет Шхину, т. е. Божественное Присутствие. И мир становится поганым, ущербным.


    И это обстоятельство сохраняет свою мерзостную силу по сей день, начиная от мещанского перемывания косточек, служебных интриг, анонимок и заканчивая политическими доносами и секретными государственными рескриптами, которые направлены против того или иного народа или даже против всего человечества (Дело врачей).

    Впрочем, нам, рядовым людям, подобные злодейские высоты просто были неизвестны, потому что они были надежно упрятаны и засекречены. Другое дело анонимки, популярный ходовой товар в недавние совсем времена.

    С позиций Торы анонимка является таким грехом, который должен быть наказан проказой. Но многие евреи, особенно члены партии в те приснопамятные времена, Тору, конечно, не читали. И потому, вероятно, единой точки зрения на анонимку в ту пору еще не было. И вот какая интересная полемика развернулась тогда в одной еврейской компании. С одной стороны выступали известные писатели братья Вайнеры, авторы знаменитого боевика «Место встречи изменить нельзя». С ними спорил не менее знаменитый профессор, который яростно отметал анонимку в качестве средства познания истины.

    Профессор говорил о такой нравственной мерзости анонимок, которая просто недопустима в человеческом обществе, поскольку разлагает, мертвит и отдельного человека, и общество в целом.

    Братья Вайнеры, в прошлом следователи по особо важным делам, мягко и дружелюбно оппонировали профессору. Они говорили, что лживая анонимка действительно неприемлема, а вот правдивая анонимка приносит пользу, поскольку доводит ценную информацию куда следует. «Согласен, — сказал профессор, — только я хочу предложить порядок расследования этого вопроса. Полагаю, прежде всего, нужно выявить автора анонимки. После чего выстрелить ему в голову с короткого расстояния. И когда его мозги вытекут на асфальт, и он дернется в последний раз, вот тогда и выяснить, правдивая была анонимка или лживая. Если правдивая — похоронить за счет месткома с медным оркестром и назначит вдове пенсию. А если анонимка была лживой — закопать за оградой и кол забить кое-куда».

    Кстати, в преддверии Отечественной войны, немецкая разведка в СССР распространила громадное количество анонимок. Это был первый залп, породивший определенное смятение в обществе, после чего последовали бомбовые и артиллерийские удары, а с неба посыпались листовки: «Бей жида — политрука, морда просит кирпича», «Вонзив еврею в горло нож, ты снова скажешь день хорош», «Еврей твой враг». Для украинцев специально: «Долой московско-жидовскую власть!»..

    В Израиле в Музее Холокоста была вывешена громадная увеличенная любительская фотография: немецкий солдат стреляет из карабина в затылок молодой еврейской женщине с грудным ребенком на руках. Фотографию нашли у этого солдата после войны дома и здесь же обнаружили красочную детскую книжечку, которую родители читали солдату, когда он был еще ребенком.

    В книжке все очень просто, по-детски. У прелестного маленького Фрица заболел животик. Родители отнесли его к доктору. Доктор — гнусный еврей с крючковатым носом и злыми глазами. Он пощупал животик маленького Фрица, улыбнулся, показав свои мерзкие зубы, и угостил ребенка сладенькой конфеткой. Конфетка оказалась отравленной, и бедный маленький Фриц умер.

    Так простенько без затей воспитали солдата, который выстрелил в затылок молодой еврейской матери с младенцем на руках.


    Не зря предупреждает нас Тора о ядовитой опасности злословия.


    Впрочем, не только бездарные баснописцы, но и талантливые поэты, и даже великие писатели охотно позволяли себе злословие в наш адрес. Примеров этому великое множество. Но я хочу рассказать только об одном эпизоде такого рода.


    Блистательный стихотворец граф Алексей Константинович Толстой писал:


    За тридцать мильенов Россия жидами на откуп взята.

    За тридцать серебряных денег они же купили Христа.


    Мой родственник Марик Копшицер, известный специалист по серебряному веку русской культуры, написал на полях этой страницы: «А вы бы не продавали».


    Вспоминается еще одно стихотворное обращение Марика. Во время пресловутого дела врачей в журнале «Крокодил» появился наглый антисемитский фельетон журналиста Ардаматского «Пиня из Жмеринки». Но вскоре наступил наш праздник Пурим, который ознаменовался смертью Сталина именно в этот день! Арестованных по делу врачей, кого не успели добить, немедленно выпустили. Свистопляска по радио и в печати закончилась. Наступили другие времена. Ардаматский с удовольствием забыл свой нахальный фельетон. Но Марик ему напомнил в письме на его адрес:

    «Пиня из Жмеринки шлет вам привет.

    Он вас запомнил. А вы его нет?»


    Впрочем, рука Марика и перо Марика — это еще не проказа в руке Господней. Что же касается воздаяния поистине сурового, то здесь придется привести другие примеры, которые соответствуют духу и букве постулатов Торы.


    Когда наша дочь Верочка была маленькой, ее очень полюбил один несчастный пожилой человек, который не имел детей по уважительной причине. 25 лет он провел за колючей проволокой, как враг народа. Собственно, не только детей, но и жены у него не было и жизни. Его звали Август Игнатьевич. Он был врач и, вероятно, профессия помогла ему выжить, ибо трудился он не на лесоповале, а в лагерной больничке. Вернулся после хрущевской амнистии. Вставил выбитые и выпавшие зубы, но на всю дальнейшую жизнь оставался каким-то ватным и мятым. Тогда не было большого выбора детских игрушек, и он сделал Верочке деда Мороза, который по наследству перешел к ее брату. А когда Август Игнатьевич прикасался к ребенку, в его мертвые глаза возвращалась жизнь. Он любил приходить в онкологический диспансер. Дышал воздухом операционной, наблюдая за хирургическими вмешательствами.

    Однажды сестра зазевалась, и раствор при внутривенном введении почти закончился.

    — А ну быстрей, — закричал хирург, — убирай иглу.

    И в этот момент вдруг захохотал молчаливый Август Игнатьевич. После операции его спросили:

    — Почему Вы смеялись?

    — А у Вас когда-либо в жизни случалась воздушная эмболия со смертельным исходом? — задал он встречный вопрос.

    — Бог миловал, — сказал хирург.

    — А Вы знаете, сколько кубиков воздуха нужно ввести в вену человека, чтобы он умер?

    — Сколько? — спросил хирург и похолодел.

    — Двести кубиков, — сказал Август Игнатьевич, — целый шприц Жанэ.

    — Что? Как? Да как же Вы могли? Как это…

    Хирургу стало дурно, и он зашатался.

    — А Вы не судите, — сказал Август Игнатьевич, — это были стукачи. А что с ними делать? Вы там не были, не вам судить.


    И в самом деле, мы там не были, хотя возможности такие нам предоставлялись неоднократно. И не нам было судить о том, чего не знали. А Тору тогда еще не читали. Вскоре появились и другие свидетельства уже на более высоком уровне.

    Среди освобожденных врагов народа был, в частности, талантливый еврей Юрий Домбровский. Великолепный писатель и поэт. Его перу принадлежат романы «Нефертити» и «Факультет ненужных вещей».

    И вот его документальный, хоть и стихотворный отчет о том, как покарали тайное злословие.

    Когда нам принесли бушлат,
    И разорвав на нем подкладку,
    Мы увидали там тетрадку,
    Где были списки всех бригад,
    Все происшествия в бараке,
    Все разговоры, споры, драки,
    Всех тех, кого ты продал, гад.
    Мы шесть билетиков свернули,
    Был на седьмом поставлен крест —
    Смерть протянула длинный перст
    И ткнула в человечий улей.
    Когда в бараке все уснули,
    Мы встали, тапочки обули,
    Нагнулись чуть не до земли
    И в дальний угол поползли.
    Душил наседку старый вор,
    И у меня дыханье сперло,
    Когда он, схваченный за горло,
    Вдруг руки тонкие простер,
    Вдруг быстро посмотрел в упор
    И выгнулся в смертельной муке.
    Тогда мне закричали: «Руки!».
    И я увидел свой позор —
    Свои трусливые колени
    В постыдной дрожи преступленья.
    Конец. Мы стали закутком,
    Я рот ему утер платком,
    Измазанным в кровавой пене,
    Потом согнул ему колени,
    Потом укутал с головой.
    Лежи спокойно. Бог с тобой.
    И вот из досок сделан гроб.
    Не призма, а столярный ящик,
    И два солдата проходящих
    Глядят на твой свинцовый лоб.
    Лежи, кирка долбит сугроб,
    Лежи, кто ищет — тот обрящет.
    Как жаль мне, что не твой заказчик,
    А ты, вмороженный в сугроб,
    Пойдешь по правилам влюбленных,
    Смерть обнимать в одних кальсонах.
    А, впрочем, для чего наряд?
    Изменник должен дохнуть голым.
    Лети ж к созвездиям веселым
    Сто миллионов лет подряд!
    А там земле надоедят
    Ее великие моголы,
    Ее решетки и престолы.
    Их тусклый рай, их скучный ад,
    Откроют фортки, выйдет чад,
    И по земле, цветной и голой,
    Пойдут иные новоселы,
    Иные песни прозвучат
    Иные вспыхнут зодиаки…
    Но и чрез миллиарды лет
    Найдет изменника скелет,
    И снова сдохнешь ты в бараке!

    Законы Торы вечны. МЕРА ЗА МЕРУ.

    6. АХАРЕЙ МОТ

    «Ахарей мот», т. е. «После смерти».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше после смерти двух сыновей Аарона, когда они предстали перед Богом: «Скажи Аарону, брату твоему, чтобы не всякое время входил он в святилище за завесу и не приближался к крышке, покрывающей ковчег, дабы он не умер, ибо в облаке явлюсь Я над крышкой».


    Здесь нужно обратить внимание на смерть двух сыновей Аарона, которые принесли чуждый огонь на жертвенник. И эта фраза является глубинным символом Торы. Еврей не должен привносить чужое и чуждое на освященный жертвенник свой. Туда нельзя приносить безверие, чужие святыни, чуждые нам философии и любые извращения, осужденные Богом. За такие грехи души и тела непременно последует жестокое наказание. Вот почему погибли два сына Аарона.


    Впрочем, как мы уже говорили, законы Торы универсальны. Великий Рим рассыпался и погиб от падения морали, которая привела к всеобщему телесному растлению, конкретные проявления которого Господь запретил. Сюда относятся все виды кровосмешения, гомосексуализм и скотоложество. Именно это и погубило Рим в апогее его величия и силы.


    И нам сегодня, исходя из заповедей Торы и большого исторического опыта, который касается, впрочем, не только древнего Рима, есть смысл задуматься о последствиях нынешней великой сексуальной революции, которая ознаменовалась зловещим СПИДом…


    Возвращаясь опять к символам Торы, обратим внимание на известную двойственность нашего мира: чтобы понять свет, надо хорошо знать тьму. В таких же отношениях находятся принципы добра и зла. В Торе символами этих противостояний являются два жертвенных козла.

    Один козел идет в жертву Всевышнему, второй — идет в жертву Азазелю, который является воплощением силы зла (козла сталкивают в пустыне со скалы).


    В таком же противостоянии добра и зла рассматривает Тора Ицхака и Ишмаэля. Ицхак родился от Авраама и Сары. И Авраам возложил Ицхака на жертвенник Богу. Бог эту жертву не принял, но символ состоялся. И мысленно мудрецы Торы, имея в виду не сам факт, а лишь его духовную составляющую, говорят: «Пепел Ицхака на жертвеннике святом».

    Второй сын Авраама Ишмаэль родился от другой жены нашего праотца, Агари, которая была египтянкой. Он был агрессивен и груб. Ааврам отправил его в пустыню.

    И два жертвенных козла повторяют ту же коллизию. Один приносится в жертву Богу на святом жертвеннике, другой приносится в жертву в пустыне Азазелю.


    Еще более глубокий пласт этого символа Торы заключен в столкновении материального и духовного мира.


    Иногда бывает полезно взглянуть на проблему глазами врага. Через 4 тысячи лет вот что сказал Адольф Гитлер: «Евреи нанесли две раны человечеству: рану на тело — обрезание, и рану на сознание — совесть. Битва будет между нами и ими».


    Эту битву духа отразил в своей поэме поэт Павел Антокольский, у которого сын погиб на фронте. Отец написал поэму о сыне. Антокольский обращается к отцу немецкого солдата и сравнивает своего светлого мальчика с немецким молодым извергом, порождением бессовестного фашистского режима, ибо Гитлер, обращаясь к молодежи, сказал: «Я освобождаю вас от Химеры, которая называется совестью».

    Так и перли эти бессовестные твари с закатанными рукавами и губными гармошками в зубах. Танковые армады от горизонта до горизонта, и стаи «юнкерсов» над головой. Но даже в апогее своих военных успехов они боялись света.

    В откровенных разговорах командиры карательных отрядов СС вопрошали Гимлера: «Зачем мы убиваем маленьких еврейских детей? Это нелегко. Иные эсесовцы даже на фронт просятся или спиваются. Но ведь эти маленькие еврейские дети никакой опасности для великой Германской империи не представляют».

    Гимлер просветил своих подчиненных: «Они сегодня маленькие, а завтра вырастут и окажут свое еврейское влияние на германскую молодежь. Евреи это умеют, как никто другой. И в результате задуманная нами тысячелетняя империя будет разрушена. И громадные жертвы, принесенные Германией в этой войне, окажутся напрасными. Таким образом, сегодня вы исполняете великую историческую миссию. Уничтожайте еврейских детей безжалостно и спокойно».

    В дополнение к приказу эта содержательная политбеседа возымела свое действие. Сомнения исчезли. Палачам стало как бы легче дышать. И они усердно продолжили свое кровавое дело.


    В нацистских лагерях смерти патологические извращения человеческой природы, упомянутые в Торе, получили совершенно неслыханное развитие. Женщина, в существо которой Господь заложил святое материнское начало, становилась кошмарным чудовищем, облачаясь в эсесовскую форму.

    Эльза Кох, дородная, пышная тварь, могла вырвать младенца из рук несчастной матери и, схватив ребенка за ножки, ударить головой о каменную стену. Хлыст в руке и тугие лосины на выпуклых формах. В перерывах кофе, танцы, веселый хохот, любовники и снова танцы. Веселись Эльза, пляши, крути фигурой напропалую. Недолго тебе осталось. «Ведь сколько весит этот зад, узнает скоро шея». По приговору польского трибунала ее повесили в Варшаве. И это еще одно напоминание для тех, кто сегодня лепит свастику на своем рукаве.


    Впрочем, не одна Эльза на нашей памяти. Их были целые табуны, эсесовских мерзавок, духовных наследниц Ишмаэля. Они отринули женственность и материнство, заповеданное Богом, и довели агрессию и жестокость своего прародителя до последнего апогея злодейства.

    Никогда никаких угрызений совести они не испытывали. Они сатанели от радости и повторяли с упоением за диктором берлинского радио: «Каждой женщине Германии 20 лет, каждому мужчине Германии- 25. Kraft durch Freude! (сила через радость).


    Когда русская армия изгнала немецко-фашистских захватчиков с территории Советского Союза, нацистским бонзам из структур оккупационной администрации пришлось вместе с семьями покинуть эту негостеприимную землю. Вместе с ними возвращались in die Heimat (на родину) эсэсовцы, включая специальные женские подразделения лагерных охранниц. Адольф Гитлер выслал за ними свой личный корабль «Карл Гутцлов». Нацистские чиновники со своими семьями расположились в комфортабельных каютах. Эсэсовский полк — на палубах корабля. А для лагерных охранниц осушили громадный палубный бассейн для плавания, где эти дамы и заночевали. После чего под усиленной морской и воздушной охраной корабль отправился к берегам Германии. In die Heimat, in die Heimat wir ist wiederkehren («На родину, на родину возвращаемся мы»). По крайней мере, так им хотелось и казалось. Однако же командир русской подводной лодки капитан Маринеску думал иначе. Этот случай еще будут изучать во всех морских академиях мира, ибо Маринеску совершил невозможное. Он проник за кольцо неприступной охраны и приблизился к своей цели на расстояние выстрела.

    Нейтральные либеральные интеллигенты еще осудят капитана, поскольку на расстрелянном корабле были гражданские чиновники со своими семьями.

    Но не их голоса слышал капитан. На уровне символов Торы иное прозвучало в командирской рубке. Из газовой камеры донесся голос маленькой девочки: «Мамочка, мне нечем дышать». И Маринеску скомандовал: «Пуск!». Торпеда врезалась в корабль. «Карл Гутцлов» взорвался, переломился и пошел ко дну.

    Эсесовцев, расположенных на палубах, частично спасли корабли охранения. Но фашистская сволочь женского рода разом предстала перед судом Господним: мощная торпеда прошла как раз через бассейн и разнесла их на куски. Kraft durch Freude!


    Капитан Маринеску, во веки веков спасибо тебе за это!

    7. КДОШИМ

    «Кдошим» по-русски «Святы будьте».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше так: «Говори со всем обществом сынов Израиля и скажи им: «Святы будьте, ибо свят я, Бог Всесильный ваш. Бойтесь каждый матери своей и отца своего, и субботы мои соблюдайте. Не обращайтесь к идолам и богов литых не делайте себе».

    И далее Господь продолжает список запретных деяний: не крадите, не отрицайте истину… не клянитесь ложно, не обирай ближнего своего, не злословь глухого и перед слепым не клади препятствия.


    Эти два последних запрета имеют не только прямой, но еще и иносказательный смысл, то есть, не делай препятствий людям, зависимым от тебя, и людям, несостоятельным по природе своей, таким людям, которые не могут тебе ответить тем же.

    Далее Господь запрещает предсказывание будущего и колдовство, а также наколотые надписи, то есть татуировки, которые остаются навеки.


    Эти и другие подобные заветы Бога, увы, не всегда соблюдаются, но, в общем, хорошо известны современным людям независимо от вероисповедания.

    А вот неизвестно или почти неизвестно происхождение этих постулатов. Сегодня мы с вами убеждаемся документально, что первоисточником этих понятий является Тора.


    Впрочем, с позиций исторического опыта и с точки зрения еврейских мудрецов особое внимание следует уделять двум важнейшим постулатам Торы. Это: возлюби ближнего, как самого себя, и не будь снисходителен к нищему — не отбирай у богатого, чтобы содержать нищего.


    Господь действительно завещает нам любить ближнего, как самого себя. Однако, при переводе этой фразы на христианские языки вкралась смысловая ошибка. Ибо суть слова «ближний» на иврите — это тот, кто разделяет твою судьбу, кто готов разделить и облегчить твои беды, оказать тебе милость.

    Поэтому бандит, террорист и погромщик, разумеется, не могут быть ближними. И, вообще, любой носитель зла, как бы близко он не стоял к тебе, «ближним» быть не может. И, наоборот, самый дальний по расстоянию, по конфессии, по языку и привычкам является ближним тебе, если он разделяет твою судьбу и твою беду.


    Во время первой оккупации Ростова наша семья жила на втором этаже, а самый близкий и единственный сосед с первого этажа требовал нашей немедленной явки на регистрацию евреев, шантажируя угрозой доноса. Этот близкий сосед, разумеется, не был для нас «ближним», которого можно было возлюбить. Его можно было бы убить, а возлюбить его нельзя. И это не только личное чувство, как нам казалось в сорок первом году, это еще и постулат Торы, которая заповедует нам такое: «Не оказывать сопротивление злу — значит потворствовать злу, значит множить зло и становиться соучастником зла и, следовательно, быть в ответе за зло по закону Торы «Мера за меру».


    Сегодня реальными пособниками зла можно считать тех либеральных интеллигентов, которые проявляют по отношению к террористам политкорректность; политкорректность в данном случае является политическим скотоложеством. Среди этих извращенных либералов, увы, немало евреев, которые не являются для нас ближними.


    С другой стороны, во время Великой Отечественной войны группа высших офицеров Германской армии, противостоящих кровавому фюреру, передавали в генеральный штаб Красной армии секретные данные стратегического значения. Их выловило гестапо, их зверски пытали и обезглавили в берлинской тюрьме. Эти немцы разделили нашу судьбу и нашу боль. Они ближние нам, и мы возлюбили их, как самое себя.


    Заключая анализ этого постулата, следует сказать, что еврейские мудрецы считают, что вся Тора есть развернутый комментарий к этой заповеди о любви к ближнему.


    Пожалуй, не меньшее значение для нас, выходцев из ХХ века, имеет еще одна заповедь Господня, которая звучит таким образом: не будь снисходительным к нищему — не отбирай у богатого, чтобы содержать бедного.


    Поразительный смысл этой заповеди раскрылся нам относительно недавно.

    Октябрьский переворот, названный потом Великой Октябрьской Социалистической Революцией, начинался под лозунгами: «Мир хижинам, война дворцам», «Кто был ничем, тот станет всем», «Экспроприация экспроприаторов».

    Последний лозунг быстро и точно перевели на русский язык: «Грабь награбленное». В результате организованного и дезорганизованного грабежа практически вся частная собственность богатых людей и людей среднего класса была реквизирована и конфискована государством или присвоена различными активистами. Это было в 1918 году, когда отобрали у богатых, чтобы содержать бедных. В результате через 2 года все стали нищими, и начался голод до людоедства включительно. А в промежутке — гражданская война, которая выглядела совсем не так, как нам ее показывали на киноэкранах вчера и по телевидению сегодня.

    Свидетелем и участником гражданской войны был замечательный и правдивый писатель Исаак Бабель, который, разумеется, закончил свою жизнь в сталинских застенках.

    Дадим ему слово!

    «Вот письмо на родину, продиктованное мне мальчиком нашей экспедиции Курдюковым. Оно не заслуживает забвения. Я переписал его, не приукрашивая, и передаю дословно в согласии с истиной.

    «Любезная мама Евдокия Федоровна. В первых строках сего письма спешу Вас уведомить, что, благодаря Господа, я есть жив и здоров, чего желаю от вас слыхать то же самое».

    Далее идут личные дела и переживания. Перейдем ко второй части.

    «Во вторых строках сего письма спешу вам описать за папашу, что они порубали брата Федора Тимофеича Курдюкова тому назад с год. Наша красная бригада товарища Павличенки наступала на город Ростов, когда в наших рядах произошла измена. А папаша был в тое время у Деникина за командира роты. Которые люди их видали — то говорили, что они носили медали, как при старом режиме. И по случаю той измены всех нас побрали в плен и брат Федор Тимофеич попались папаше на глаза. И папаша начали Федю резать, говоря — шкура, красная собака, сукин сын и разно, и резали до темноты, пока брат Федор Тимофеич не кончился».

    И далее мальчик Курдюков рассказывает, как он сбежал от отца — белогвардейца и снова добрался до буденовских войск. И в это время его другой брат Семен Тимофеич стал командиром полка.

    «И от товарища Буденного вышло такое приказание, и он получил двух коней, справную одежду, телегу для барахла отдельно и орден Красного Знамени. А я при ем считался братом. Таперича какой сосед вас начнет забижать, то Семен Тимофеич может его вполне зарезать. Потом мы начали гнать генерала Деникина, порезали их тыщи и загнали в Черное море, но только папаши нигде не было видать, и Семен Тимофеич их разыскивали во всех позициях, потому что они очень скучали за братом Федей …»

    В конце концов Семен Тимофеевич все же разыскал своего папу Тимофея Родионыча. И вот как описывает мальчик Курдюков, младший сын Тимофея Родионыча, дальнейшие события.

    — Хорошо вам, папаша, в моих руках?

    — Нет, сказал папаша, худо мне.

    Тогда Сенька спросил:

    — А Феде, когда вы его резали, хорошо было в ваших руках?

    — Нет, — сказал папаша, — худо было Феде.

    Тогда Сенька спросил:

    — А думали вы, папаша, что и вам худо будет?

    — Нет, — сказал папаша, — не думал я, что мне худо будет.

    Тогда Сенька поворотился к народу и сказал:

    — А я так думаю, что, если попадусь я к вашим, то не будет мне пощады. А теперь, папаша, мы будем вас кончать.

    И Семен Тимофеич услали меня со двора, так что я не могу, любезная мама Евдокия Федоровна, описать вам за то, как кончали папашу, потому как я был усланный со двора».


    В этом коротком рассказе, словно в капле воды, отражается черное солнце великого Октября.

    Но ведь еврейские отцы моего поколения, отринув Тору и «еврейские скисающие сливки», ринулись в революционный мир, «открытый настежь бешенству ветров». Это строчки из ранних стихов Багрицкого. Евреи причащались этими губительными ветрами.

    Тот же Багрицкий писал с упоением:

    Нас кидала молодость в сабельный поход,
    Нас бросала молодость на Кронштадский лед,
    Боевые лошади уносили нас,
    На широкой площади убивали нас.
    Но глаза незрячие открывали мы.

    Это фрейдовская оговорка у поэта: они, действительно, ничего не видели вокруг себя «слепыми» глазами и, конечно, ничего не понимали.


    Еще одна оговорка у другого талантливого еврейского поэта Михаила Светлова:

    Пей, товарищ Петров, председательЧека,
    Пусть нахмурилось небо, тревогу тая.
    Эти звезды разбиты ударом штыка,
    Эта ночь беспощадна, как подпись твоя.
    Приговор прозвучал. Мандолина поет.
    И труба, как палач, наклонилась над ней,
    Выпьем что ли, друзья, за семнадцатый год,
    За оружие наше, за наших коней.

    Без комментариев, как говорится…


    Еще одна поэтесса, Вера Инбер, восторженно рифмует переход от войны России с немцами к войне гражданской, братоубийственной:

    Но фронт уже не
    Тот, а новый:
    Разоружение —
    Пожар.
    Уже не ринется
    Ко Львову
    Ни пехотинец,
    Ни гусар
    Уж над Невой
    Летят машины,
    И час, не твой ли,
    Настает
    У дома бывшей
    Балерины
    Заговоривший
    Пулемет?
    И тот, кто с громом
    На ладони,
    Летел в тумане
    (дни — года)
    В запломбированном вагоне
    Через Германию
    Сюда.
    И кто потряс,
    Как гром, стихию,
    Потряс грозово
    Шар земной,
    Кто и сейчас
    Ведет Россию
    Парализованной рукой.

    А ведь этот паралитик, который учинил революцию, гражданскую войну, тиф и голод, злобный разрушитель религий и духовности, вдохновитель беспощадного бессудного террора, этот человек родился от матери, урожденной Бланк, которая по субботам вывешивала для детей настенную газету под названием «Шабат».


    Между прочим, этот человек совершил государственную измену, ибо будучи гражданином России во время войны с Германией не только проехал по территории Германии в запломбированном вагоне, но и получил миллионы золотых марок на развал русской армии и совершение государственного переворота.

    Он умер сравнительно молодым человеком, возможно, не собственной смертью. Все его друзья и сторонники, во всяком случае, практически, были перемолоты обновленной сталинской машиной террора. А когда Надежда Константиновна пыталась что-то возразить, Иосиф Виссарионович оппонировал не без юмора: «Если будете плохо себя вести, мы подберем Владимиру Ильичу другую вдову».

    В конце концов, сталинский подручный Лев Мехлис выбросил старуху из кабинета, который она занимала в редакции «Известий», демонстративно рвал ее архив и даже поломал мебель.

    А через несколько дней, как раз накануне очередного партийного съезда, где ее появление было нежелательно, она скоропостижно и вовремя умерла.


    А ведь при жизни колотилась-то как, наводила «порядок» в детской литературе, боролась с буржуазными веяниями, преследовала Корнея Ивановича Чуковского.


    Одним словом: МЕРА ЗА МЕРУ.

    8. ЭМОР

    «Эмор» по-русски «Скажи».

    И сказал Бог, обращаясь к Моше: «Скажи коэнам, сынам Аарона …» и далее идут подробно изложенные чрезвычайно высокие требования, связанные с чистотой духа и тела.

    Мудрецы Торы отмечают, что после того, как Всевышний повелел всем сынам Израиля, и сынам Аарона в том числе, быть святыми, он возложил на сынов Аарона еще и дополнительные ограничения, ибо они — служители Бога.


    Таким образом, для высших иерархов Духа и Власти были установлены соответственно и более высокие требования. По принципу: чем выше стоишь, тем чище и ответственнее должен быть.

    Тора как бы предвидит те времена, в которых, кстати, мы живем, когда утверждается всенародно лукавая поговорка: «рыба гниет с головы».

    И с этой позиции заповедь Торы близка и понятна нам, и на современном языке может быть выражена примерно так: да не станут верхние эшелоны власти предметом гниения с головы!

    Здесь уместно вспомнить Шульгина, известного руководителя белогвардейского движения во время Гражданской войны в России. Анализируя крах белой идеи и поражения белогвардейской армии, Шульгин утверждал, что причиной этого послужило то роковое обстоятельство, что белые стали грязными, то есть разложились. Нравственное гниение блистательного когда-то русского офицерского корпуса привело к разгрому военных профессионалов неопытными, но пламенными пролетариями.

    Шульгин уверен, что будь в командовании белогвардейцев хотя бы 150–200 морально устойчивых офицеров и генералов, положение можно было бы поправить. «Да хоть бы сотню таких», — печалится Шульгин, — «да где их взять?!


    Это место из воспоминаний Шульгина («Год 1920-й») ассоциируется с полемикой Авраама и Всевышнего о количестве праведников в городах Содоме и Гоморре. Нужного числа праведных людей, увы, не нашлось. И эти города были уничтожены. По той причине, как полагает Шульгин, была разгромлена и Белая армия.

    Одним словом, Тора содержит универсальные истины. И даже белогвардейцам не грех было бы почитать ее в свое время.


    А евреям читать Тору, как повелевал Всевышний, следует во все времена.


    Впрочем, если говорить о времени Гражданской войны в России, то евреи, состоявшие на службе в Красной армии, о Торе даже не помышляли, потому что они были воинствующими безбожниками. Другая религия овладела сознанием многих из них и стала такой же заразной, как и популярный тогда сыпной тиф. Только болезнь эту разносили не вши, а люди.

    Лев Троцкий зашел однажды в Ростовскую синагогу, вышвырнул раввина со своего места и произнес оттуда блистательную и яростную речь. А он умел это делать. И евреи посрывали талесы и ринулись записываться в Красную армию.

    Между тем, на верхних эшелонах большевистской власти высокой морали никогда не наблюдалось. Мифы на эту тему формировались искусственно. Так родилась благостная сказочка для детей моего поколения о потрясающей принципиальности и нравственной высоте кремлевских вождей. В частности, наши учителя в школе с умилением рассказывали нам о том, как Ильич поедал свой хлебный паек. Он откусывал по кусочку, запивая жидким морковным чаем, но все это делал как бы машинально. Ибо внимание вождя было обращено на очередной классический труд, который он с увлечением писал в короткие перерывы между текущими революционными делами. И так незаметно для самого себя увлеченный Ильич съедал весь свой дневной паек. Но верный соратник Бонч-Бруевич лукаво и незаметно подкладывал Ильичу новый кусочек хлеба, и Ленин машинально закладывал его в рот. В конце концов, Ильич заметил это безобразие и объявил Бонч-Бруевичу выговор по Совнаркому.

    У многих людей от этого рассказа навертывались душевные слезы. А мы, дети, любили родного Ильича еще больше.


    И вот на старости моих лет пришло время разоблачений. И тогда обнаружились накладные, связанные с поставками в Кремль продуктов питания. Это были пуды говядины и свинины, красная и черная икра, сыры, окорока, балыки, овощи, фрукты и шоколадные конфеты фабрики Бабаева. И ведь не только кремлевские властители, но и вся большевистская элита отоваривалась через специальные закрытые распределители.

    А дети в это время пухли и умирали от голода…


    Или вот еще один пример гниения с головы. В данном случае с лысой.


    Секретно

    Шифром

    (оригинал мне вернуть)

    (прислать мне копию шифра)

    Свияжск, Троцкому.

    Удивлен и встревожен замедлением операции против Казани, особенно, если верно сообщено мне, что вы имеете полную возможность артиллерией уничтожить противника. По-моему, НЕЛЬЗЯ ЖАЛЕТЬ ГОРОДА и откладывать дальше, ибо НЕОБХОДИМО беспощадное ИСТРЕБЛЕНИЕ, раз только верно, что Казань в железном кольце.

    Ленин

    «Ленин. Военная переписка 1917–1922 г.г.»

    Военное издательство Министерства Обороны СССР.

    Москва 1966 г. Стр.100

    В этой архисекретной телеграмме Ильич упрекает Троцкого в том, что он не снес Казань с лица земли артиллерийским огнем, ибо «нельзя жалеть города, необходимо беспощадное истребление». Между тем военной необходимости в этом не было. Казань действительно находилась в «железном кольце» и уже на следующий день после этой телеграммы была взята, о чем говорится на следующей странице этой книги в приветственной телеграмме.

    Для чего же бывшему студенту Казанского университета понадобилось снести с лица земли свою альма-матер, а заодно и весь город? Для ответа на этот вопрос придется, по-видимому, взглянуть на географическую карту. На тысячи верст во все стороны от Казани по состоянию на 1918 год сплошная тьму-таракань и толщи безграмотного населения. А в Казани средоточие высоколобых интеллигентов, которые Ильичу не нужны.

    Уже после Гражданской войны Ленин приказал изгнать из России большое количество интеллектуалов высочайшего уровня. Для этого был выделен специальный транспорт, определен маршрут.


    А что же делать с безграмотными, особенно на фронте и в прифронтовой полосе? Их нужно яростно агитировать. Но радио и телевидения нет, а газеты и листовки они прочесть не могут, ибо не знают азбуки. Значит, нужна устная агитация. А проводить ее смогут лишь те, которые умеют читать, понять прочитанное и пересказать. Умеют это интеллигенты. Но в подавляющем большинстве русская интеллигенция в разгаре Гражданской войны уже отшатнулась от большевиков и стала ее идейным противником. Нельзя же поручить врагу агитировать в свою пользу. Оказывается, что можно. Ильич знает секрет.


    На стр. 172-ой уже упомянутой книги помещен проект ПОСТАНОВЛЕНИЯ СОВЕТА ОБОРОНЫ О МОБИЛИЗАЦИИ советских служащих:

    1. На 4 месяца мобилизовать всех служащих в советских учреждениях мужского пола от 18 до 45 лет, заменив их женщинами или временно сократив известную часть работы.

    Примечание: освобождаются лишь больные и абсолютно незаменимые, не больше 10 % по разрешениям особой комиссии.

    2. Мобилизованных направить в распоряжение военного ведомства. Явка … числа.

    3. Мобилизованные отвечают по круговой поруке друг за друга и их семьи считаются ЗАЛОЖНИКАМИ.

    4. Мобилизованные составляют группы из небольшого числа лиц.

    5. Каждый мобилизуемый обязан составить себе получаемую им из книжных складов ЦИК библиотечку наиболее необходимых пропагандистских и агитационных брошюр и листовок, за ознакомление с которыми солдат и населения мобилизуемый несет ответственность, будучи обязан еженедельным отчетом о том, как он исполняет эту обязанность.


    Конечно, самым главным в этом замечательном документе является круговая порука. Если я знаю, что мою жену, детей и внуков расстреляют в том случае, ежели мой сосед скажет какое-либо неверное слово, то, уж видит Бог, как я буду за ним следить, а он за мной. И все мы друг за другом. А в результате получается превосходная агитация в пользу ненавистной нам Советской власти. Правильно рассчитал Владимир Ильич. Только что мерзостно и жестоко.


    Ведь стоило только чуть прозевать — и ты с домочадцами разом попадал в руки других людей. Один из них, кстати, проживал в г. Новочеркасске по ул. Фрунзе. Фамилия Плис. Ему было 102 года, но рука у него была сухая и крепкая. Носил военный китель с просверленной дыркой на груди, через которую крепил Орден Боевого Красного Знамени № 6 с бантом. Ходил в хромовых сапогах и по старинной привычке надевал галоши. Во время Гражданской войны он командовал экзекуционным отрядом. В любой обстановке чувствовал себя главарем. Охотно и много рассказывал о своем времени и о себе:

    — Если вы увидите в кино, как смертники сами копают себе яму, не верьте. Ведь кинутся на солдат с лопатой, выбора же у них нет. Поэтому яму заранее копали наши люди. А смертникам — мужикам мы еще в тюрьме скручивали руки проволокой. Бабам тоже скручивали. Особенно, если с дитем. С дитем обязательно кинется.

    — А детям?

    — Да нет. Дите до матери прижмется к ноге: «ме, ме, ме.» А мы — бах, бах, бах. И все.

    Он так выкликивал «Все», как топором отсекал, и ребром ладони резко так воздух рубил. «Домой — с песней», — продолжал Плис, — 150 грамм на человека. 3 дня отдыха. Работа тяжелая.

    — Тяжелая?

    — Ну, 500 человек пустяки. А вот две тысячи — дело серьезное.

    — Так вы из винтовок?

    — Да нет, конечно, — усмехнулся Плис, — с тачанок пулеметами.

    — А кого же вы расстреливали в таком количестве?

    — Заложников, — ответил Плис.


    После знакомства с Плисом особенным и великим смыслом наполняются для нас заповеди Торы, которые категорически запрещают любые бессудные расправы.

    Согласно Торе, пострадавший от любого увечья ни в коем случае не может лично мстить своему обидчику, но обязан обратиться в суд. И лишь в процессе судебного разбирательства определяется мера компенсации пострадавшему за счет его обидчика.


    А теперь представим себе расстояние в несколько тысяч лет от кровавых Плисов до светлых образов Моше и его коэнов. Посмотрим, оценим, запомним и передадим это нашим детям, внукам, всем остальным.


    И скажем вслух: «Шма Исраэль» — Слушай Израиль.

    9. БЕ h АР


    «Бэhар» «На горе».

    И говорил Бог, обращаясь к Моше на горе Синай так: «Говори с сынами Израиля и скажи им: «Когда придете в страну, которую я даю вам, земля должна покоиться в субботу Бога».


    И далее Всевышний объясняет, что это значит: «Шесть лет засевай поле твое и шесть лет обрезай виноградник твой и собирай плоды земли. А в седьмой год суббота покоя будет для земли, суббота Богу: поля твоего не засевай и виноградника твоего не обрезай. То, что само вырастет на жатве твоей, не сжинай, и винограда с лоз твоих не снимай; год покоя будет для земли. Это седьмой год, суббота Всевышнего, называется год Шмита».


    Итак, евреи, придя в Страну Обетованную, которая станет Землей Израиля, на протяжении восьмисот пятидесяти лет, соблюдая заповеди Торы, шесть лет сеяли и собирали урожай, а на седьмой год давали отдых земле.


    Как утверждают знатоки Торы, шестой год отличался от остальных лет чрезвычайно высоким урожаем, настолько большим, что его хватало для пропитания народа в седьмой год покоя земли, на посев восьмого года и на время ожидания всходов и жатвы на восьмой год.

    Религиозному еврею понятно, о чем идет речь. Еврей-атеист пожелает или даже попробует выяснить эту ситуацию при помощи исторических документов.

    Ибо регулярный весьма обильный урожай каждого шестого года, после интенсивного использования земли, безусловно доказывает наличие целеустремленной Божественной воли.

    Во всяком случае, учитывая ревностное исполнение древними евреями Божественных заповедей, можно предположить с большой долей вероятности, что и данная заповедь Торы исполнялась неукоснительно. И таким образом земля Израиля, по крайней мере, не истощалась.

    Кроме того, в год Шмита прощались долги, проданная ранее земля возвращалась хозяину, и рабы отпускались на свободу.


    Здесь следует обратить особое внимание на тот факт, что отпускались не все рабы, а только те, кто изъявлял желание получить свободу. Но среди рабов были и такие, которые выходить на свободу не желали, предпочитая рабство свободе. Таким пробивали ухо и оставляли в рабстве.

    А пробитое ухо свидетельствовало, что перед вами стоит раб по собственной воле, человек безответственный, не состоявшийся. Ибо ухом он слышал голос Всевышнего, который завещал ему следовать заповедям Торы.

    Но заповеди Торы, как известно, для того и написаны, для того и прочитаны, для того и услышаны, чтобы человек, следующий заповедям, был свободным и ответственным.

    А вот этот, с пробитым ухом, заповедям Торы не последовал, от свободы, завещанной Богом, отказался и предпочел остаться безответственным рабом.


    Однако же, Господь определил еще более святой год — это год пятидесятый, который является Юбилеем (на иврите Йовель). В этот год освобождают всех рабов, включая тех, кто не хочет свободы.


    Ибо сказал Господь: «И отсчитай себе семь субботних лет, семь раз по семи лет, и выйдет у тебя времени 49 лет. И освятите пятидесятый год, и объявите свободу на земле всем жителям ее».


    На протяжении тысячелетий рабские души, отторгающие свободу, не только не исчезли, но, пожалуй, и качественно преобразились. Самые примитивные из них это те слепые, которые отказываются от операции, дарующей им зрение. Ибо в этом случае они лишаются богатого пакета государственной опеки. И эта опека безответственному слепому человеку дороже света Божьего. Но есть и другие, более замысловатые, формы добровольного духовного рабства.


    В конце девятнадцатого столетия музыкальный мир обратил внимание на талантливого немецкого композитора Рихарда Вагнера, который в двадцатом столетии станет любимцем Адольфа Гитлера. И не только из соображений чистой музыки, но еще и потому, что Вагнер был злобным антисемитом. Упомянем вскользь, что произведения этого автора в Израиле не исполняются.

    Между тем, Вагнер в свое время написал книгу «Евреи и музыка». В этой книге немецкий композитор как бы раскрывал разрушительную и мерзкую роль евреев по отношению к классической музыке. Эта антисемитская книга разошлась по всему свету и попала, в частности, на Украину. Здесь тогда проживал один никому не известный еврей-пианист. Он был однофамильцем знаменитого еврейского музыканта, и поэтому его фамилию мы называть не будем, во избежание путаницы. Одним словом, этот неведомый пианист с волнением прочитал антисемитскую книгу Вагнера и послал ему восторженное письмо. Более того, он оставил свою семью и оправился в Германию к Вагнеру. Всю оставшуюся жизнь он провел рядом с Вагнером, находясь как бы в рабском услужении ему. А после смерти своего патрона покончил жизнь самоубийством на его могиле. Но этот хоть никого за собой не потянул.

    А вот австрийский еврей Поль Вейнингер написал громадный спекулятивный псевдонаучный труд «Пол и характер», где показал биологическую ущербность еврейской нации. После чего покончил с собой. Эта книга, переведенная на множество языков, вызвала волну самоубийств по всему миру, включая Россию. А вот, если бы этому пианисту с Украины и этому лжебиологу своевременно пробили бы ухо, то вред, нанесенный этими рабами духа свому народу, был бы значительно меньше.

    По-видимому, есть смысл каждому из нас, оглянувшись по сторонам, и молча, молча, молча подумать, кому, хотя бы условно, следовало пробить ухо гвоздем для нашей всеобщей пользы и безопасности.


    Впрочем, совсем недавно появились такие евреи, которым можно было бы пробить ухо совсем не виртуально.

    Речь идет о позорной группе псевдораввинов, которые в традиционных облачениях торжественно прибыли в Тегеран, обнимали и целовали местного фюрера Ахмединежара, который провозгласил своей целью физическое уничтожение еврейского государства. Эти евреи, якобы представляющие в своем лице нашу религию, фактически осквернили Тору, поддержав идею иранского лидера-маргинала о ликвидации государства Израиль и согласившись с тем, что Холокоста не было вообще, что эта жуткая катастрофа лишь еврейский миф и чистая спекуляция.

    Этих выродков ждало возмездие. По месту жительства прихожане плевали им в лицо, от руководителя делегации сбежала жена — «от позора». Сам он тоже был вынужден бежать в неизвестном направлении. А раввинат их всех отлучил от синагоги.


    И в этом позорном ряду еще одно странное явление.

    Как известно, перед Первой мировой войной еврейское национальное движение в своей внешней политике разделилось на 2 части. Одни стояли за тесный союз с Россией, Англией и Францией, т. е. были на стороне Антанты. Другие же наоборот, придерживались прогерманских взглядов. Эти разногласия носили скорее тактический характер. Но когда в Германии пришел к власти Гитлер, когда немцы начали тотальное уничтожение еврейского населения, все стало ясно для всех. Кроме некоторых.

    Представьте себе, в Варшавском гетто на фоне массовых расстрелов находился один еврей, который, не взирая ни на что, патологическим образом сохранил свои старые прогерманские представления. И здесь, на залитой кровью земле, этот духовный урод страстно демонстрировал свою любовь к фашистской Германии. Немецкие власти делали ему кое-какие поблажки. А повстанцы гетто в самом начале восстания расстреляли его.

    Еще более мерзостное уродство духа проявили те евреи, которые добровольно служили в немецко-фашистской армии на высоких должностях. Их было примерно 100 человек. Их идентифицировали американские ученые, которые после войны занимались анализом германских архивов.

    В одном из своих рассказов Владимир — Зеев Жаботинский рассказывает о пасхальном диалоге между мальчиком, самым младшим за столом, и его отцом. Ребенок, как известно, видит то, чего не видят или не хотят видеть взрослые. И на этот раз и в этом ключе мальчик задает крайне неприятные и даже унизительные вопросы своему отцу. «Скажи папа, почему мы делаем это, почему не делаем то?». И папа отвечает: «Потому что мы были рабами в Египте».

    Впрочем, законы Торы, как мы уже говорили, носят универсальный характер. Они буквально проецируются на мировую историю и на нашу жизнь. Мы, евреи диаспоры, это знаем и чувствуем особенно хорошо. Сегодня и в поколениях наших.

    Родители, бабушки и дедушки моего поколения, да и мы сами познали ту жуткую действительность, которая возникла после победы вчерашних рабов. Они горланили: «Кто был никем, тот станет всем!». А этого не бывает. Они говорили: «Каждая кухарка умеет управлять государством». А это невозможно. Они орали: «Грабь награбленное». И это у них действительно получилось. Целые поколения прошли через братоубийственную Гражданскую войну, холод, голод, людоедство, массовые репрессии и массовое стукачество. Когда даже дети доносили на родителей. И государство в государстве — архипелаг Гулаг! Извращение духа на фоне культа личности. Казалось, ничего страшнее и быть не может. Ан, нет.


    Нас можно назвать еще счастливчиками по сравнению с жителями Кампучии, где восставшие рабы были еще более дикими, неслыханно примитивными, омерзительными и жестокими. Это были лесные жители, которые, по-видимому, ненавидели городское население. И, действительно, когда эти люди взяли власть в свои руки, они изгнали жителей городов в дремучие джунгли, отобрали у них жилища и практически всю собственность, расстреляли людей с высшим образованием, а заодно и тех сомнительных, которые носили очки. Отменили деньги. Люди работали за горсточку риса по 16–18 часов в сутки. Ввели запрет на любые передвижения внутри страны. Отменили почтово-телеграфную связь. Разрушили институт семьи. Мужей и жен насильственно разлучили. Детей передали в ведение государства. Запретили смеяться и плакать. А шпионами были маленькие дети, которые шныряли между взрослыми, подсматривали и доносили. Провинившихся убивали мотыгами. Женщин заставляли выходить замуж за инвалидов войны. За неповиновение — смерть. Руководители этого государства Пол-Пот и Иенг-Сари уничтожили половину населения своей страны — 2,5 миллиона человек.

    Воистину, все познается в сравнении. Вспомним, что при захвате Вьетнама коммунистами, миллион жителей этой страны бежали на самодельных лодках и плотах в открытый океан в надежде доплыть до свободного берега. И тогда, как мы уже говорили, Израильский премьер-министр Менахем Бегин, религиозный интеллигент, предоставил нескольким тысячам вьетнамцев статус репатриантов в соответствии с заповедями Торы.

    Итак, эти счастливые вьетнамцы, которым повезло на земле Израиля, и те несчастные, которым не повезло, поскольку они утонули, бежали от вьетнамских коммунистов, испытывая ужас от них.

    А вот когда вьетнамские коммунисты вступили в Кампучию, то это был светлый праздник для местного населения, ибо вьетнамский коммунистический ад представляется светлым раем по сравнению с архи чудовищным кампучийским адом. Недобитые горожане вернулись в свои опустевшие города. Разлученные семьи воссоединились. Кое-кто разыскал свои далеко запрятанные дипломы. А близорукие и дальнозоркие приобрели, наконец, долгожданные очки. Но, самое главное, неслыханный по своему масштабу и формам внутренний террор прекратился.


    А нам, евреям, изучающим сегодняшнюю главу Торы, теперь отчетливо виден, понятен и близок Божественный замысел: человеку, который отказался от свободы, презренному духовному рабу действительно следует пробить ухо гвоздем. Чтобы не восхищаться им, как Максим Горький восхищался босяками, а презирать их, никогда не поддерживать их ни своими руками, ни своим интеллектом.

    Будем верны этой заповеди Торы.


    Между тем, спустя тысячелетия, общечеловеческая культура в лице далеко не бесталанных ее представителей, буквально проигнорировала постулаты Ветхого Завета, часть которого является наша Тора.

    Алексей Максимович Горький, например, всю силу своего незаурядного таланта посвятил апологетике российских босяков. Он не заметил у них пробитого уха. Наоборот, возвысил и романтизировал их. Потом схватился за голову, но было уже поздно. Ибо босячье Петрограда уже захватило власть в свои руки в 1918 году, устроило массовые погромы, вакханалии, потрясающие кровавые безобразия.

    Так проявил себя «грядущий хам», предсказанный оппонентом Горького Мережковским.

    Обалдевший от крушения своих надежд и своей философии, Алексей Максимович написал длинное отчаянное письмо своему кумиру Владимиру Ульянову. Ленин пометил письмо Горького словами «несвоевременные мысли». Горький использовал эти слова в качестве названия для своей книжки, которую опубликовал в последней свободной типографии Петрограда. Эта книжка могла бы стать великолепной иллюстрацией для изучающих Тору сегодня. Но книжка была запрещена, а Горький убежал из России на остров Капри, где благополучно пережил Гражданскую войну. Позже по приглашению Сталина он вернулся в Советский Союз, стал во главе Союза Советских писателей. Объявил торжественно: «Если враг не сдается, его уничтожают», после чего и сам был отравлен.


    Но апология рабов не прекратилась. Известный и фанатичный марксист, литературный критик Павел Коган писал: «Покажите мне хоть одно крупное литературное произведение, не проникнутое пафосом социалистической идеи, и я положу партийный билет на стол». И он был прав. Анатоль Франс, рассказавший об ужасах Великой Французской революции, когда кровь из под гильотины текла вдоль бордюров, как дождевая вода, когда жестокие извращения человеческой природы достигли своего омерзительного апогея, этот же Анатоль Франс приветствовал Октябрьскую революцию в России и ее буревестника Максима Горького, который очень скоро сбежит от ужасов этой революции на тихий буржуазный остров Капри.


    Между тем, никакие уроки истории так и не заставили больших и малых писателей отказаться от опасного босячья, которым не восхищаться следует, а своевременно пробить ухо шилом.

    Так наш любимый Илья Эренбург в молодости своей пленился идеями утопического социализма и воспел последнего представителя этого племени, который присвоил себе имя древнегреческого героя Гракх.

    Сей новоявленный Гракх проживал во Франции во время Французской революции и дожил до ее окончательного краха, но духовно не капитулировал. Он сотворил рукопись «Государство равных» и готовил государственный переворот с целью воплощения в жизнь своей идеи. Но его поймали, арестовали и препроводили на гильотину. Однако же рукопись осталась в архиве Сорбоны.

    Через столетия ее прочитали два молодых студента Пол-Пот и Иенг-Сари, которые были сыновьями богатых купцов из французской колонии Кампучии. Они приехали в Париж за академическими знаниями, но выбрали книгу «Государство равных». Что из этого получилось, мы уже рассказали выше.


    Эти страшные документальные свидетельства еще раз подтверждают великую мудрость Торы, которая указывает нам: никогда, никогда, никогда не потакайте закоренелым рабам, не романтизируйте их, не воспевайте их. Наоборот: «Пробейте им ухо обязательно и своевременно».

    Мудрость Торы выше литературных талантов, известных и признанных писателей, которые, как мы видим, впадают в ошибки.


    Религиозный еврей воспринимает это положение безоговорочно за счет сердца и веры. И будет поэтому сверять заявления политиков и вдохновенные строки поэтов со скрижалями Торы. А еврей-атеист, возможно, сделает это на основании достоверного исторического анализа. А чтобы ему это было легче сделать, приведем достаточную базу данных.


    Замечательный русский писатель и поэт Максимилиан Волошин обнаружил в архивах Сорбонны документальное описание некой дворянской тусовки незадолго до Великой Французской революции. В стенах старинного замка за бокалом легкого вина, похрустывая крылышком бекаса, среди напомаженных ливрейных лакеев, в свете канделябров и каминов, присутствующие предавались не только возлияниям, но и пленительному вольнодумству. Улыбчиво и мечтательно толковали они о свержении абсолютизма, о падении Бастилии, грезили СВОБОДОЙ, РАВЕНСТВОМ и БРАТСВОМ, которые непременно наступят, как только исполнится все, наговоренное ими здесь.

    Приятно высказывались все участники этой трапезы, и только один какой-то аббат помалкивал. «Почему же, святой отец, вы молчите?» — спросили его — «Или вы не согласны?»

    «Я согласен», — ответил аббат, — «Революция очень скоро свершится, абсолютизм будет низвергнут, БАСТИЛИЯ падет. Но только всем нам, здесь присутствующим, при этом головы отрубят».

    Наступило неловкое молчание. Аббат разом испортил хозяевам и гостям изысканный обед, веселое пищеварение и высокий настрой души.

    «Аббат, надеюсь, сказанное Вами, не относится к женщинам. Нельзя же, в самом деле, отрубить голову даме».

    «Не сомневайтесь, маркиза, и Вас бросят в позорную телегу и привезут на Гревскую площадь, и отрубят Вашу белокурую головку, которая упадет в корзину с опилками».

    «И Вам отрежут», — прошептала маркиза белыми губами.

    «И мне», — согласился аббат.

    Он оказался провидцем. После прихода к власти Робеспьера, по прозвищу Неподкупный, им, всем этим восторженным, и молчаливому аббату за компанию, головы действительно срезали — отрубили. Но восторженные все поняли и поверили аббату слишком поздно, уже в телеге, по дороге на эшафот.


    Эта история характерна для левой либеральной интеллигенции. Представителей этой интеллигенции Ленин очень метко называл «полезными идиотами».

    Они действительно были полезны, поскольку своей беззаветной восторженной болтовней и чистой репутацией расчищали дорогу и облегчали путь кровавым выродкам.

    Они, безусловно, были идиотами, потому, что, как показал исторический опыт, они первыми ложились этим выродкам под топор.


    Так было во Франции во времена ее кровавых революций, так было в России, о чем мы уже говорили неоднократно. И, пожалуй, наиболее ярко это проявилось в Кампучии. Здесь левая либеральная интеллигенция разложила армию и гражданскую власть, противостоящую красным кхмерам, и ринулась им навстречу с восторгами, цветами и слезами радости. А те их мотыгами по голове без лишних слов.


    Сказано же: не потакайте закоренелым рабам.


    Сегодня либеральная интеллигенция протестует против войны с террором, защищает гражданские права террористов. Потому что они бедные, симпатичные рабы, которым умышленно не пробивают ухо, которых искренне жалеют и романтизируют. Либеральный интеллигент позволяет им все и в сердце своем, и в печати своей, и на экране своего телевизора. А людям свободным и богатым полезные идиоты ничего не позволяют.

    Между тем, средства массовой информации в мире, в основном, заняты как раз этими людьми. В том числе и в Израиле, где, несмотря на палестинский террор, раздаются не так уж редко странные голоса. Молодой журналист, например, утверждал, что палестинская война началась из-за агрессии Израиля. Посол Израиля в России, женщина, профессор-филолог из левой коалиции странно вела себя на русском телевидении. Ее попросили рассказать о нашей героической операции в Энтеббе, когда израильские парашютисты высадились за тысячи километров от страны, в Уганде, перебили террористов, а также угандийских солдат-охранников, освободили еврейских заложников и благополучно доставили их на родину. Мы смотрели эту передачу с участием посольской дамы с моими русскими соседями. Они переглянулись с радостным оживлением. Однако же госпожа посол начала извиняться за эту военную операцию.

    — Чего она бормочет? — спросили соседи.

    — Она извиняется.

    — Этим надо гордиться. Почему она извиняется?

    — Потому, что она полезная идиотка.


    Все, что было сказано здесь, можно уподобить лишь небольшому репрезентативному массиву. А для того, чтобы собрать большую базу данных, потребуется написать целую книгу. Или даже множество книг, поскольку материала в тысячелетиях более чем достаточно. Ибо не было за все это время даже единой ошибки в Скрижалях, которые мы изучаем.


    Как говорят еврейские мудрецы: «У Торы, как у драгоценного камня, семьдесят граней и все правильные».

    10. БЕХУКОТАЙ

    «Бехукотай» — «По установлениям».

    И сказал Господь: «Если по установлениям Моим будете вы поступать, и заповеди Мои соблюдать, и исполнять их, то дам Я вам дожди вовремя, и земля даст урожай свой и деревья полевые дадут плод свой… И будете есть хлеб свой досыта, и будете жить спокойно в стране вашей. И установлю Я мир в стране, и когда ляжете, никто не будет вас тревожить…

    И будете вы преследовать врагов ваших… И пятеро из вас будут преследовать сто человек, а сто из вас будут преследовать десять тысяч, и падут враги ваши перед вами от меча…

    А вы будете Моим народом. Я Бог Всесильный ваш, Который вывел вас из страны Египетской, чтобы не быть вам у них рабами, и сокрушил Я ярмо ваше и повел вас с поднятой головой.

    Но если не послушаете Меня и не будете исполнять все заповеди эти, и если установлениями Моими пренебрегать будете, и если законами Моими возгнушается душа ваша, то оставлю все Мои дела, чтобы воздать вам по заслугам. И будете поражены врагами вашими, и будут властвовать над вами ненавистники ваши, и побежите, хотя никто не будет гнаться за вами…

    И ПОРАЖУ Я ВАС ВСЕМЕРО ПРОТИВ ГРЕХОВ ВАШИХ…

    А ВАС РАССЕЮ МЕЖДУ НАРОДАМИ…

    И вселю Я робость в сердца ваши, и не будет у вас силы противостоять врагам вашим. И погибнете среди народов. А оставшиеся из вас будут страдать за вину отцов своих…

    И тогда признаетесь в провинности своей и в провинности отцов своих, которые изменили Мне и шли Мне наперекор…

    И тогда покорятся непокорные ваши сердца, и тогда искупят они вину свою. И Я вспомню союз Мой с Яаковом и союз Мой с Ицхаком, и союз Мой с Авраамом, и страну вспомню…

    И когда опомнишься ты и вернешься в город Мой, Я возвышу тебя и укреплю мышцу руки твоей, и от одного из вас тысячи врагов побегут. А теперь пойди и пропой эту песню другому. Чтобы не говорил: «Я не делал этого, потому что не знал». Нет, теперь ты знаешь, и значит вся ответственность на тебе».


    В предисловии мы уже говорили о том, что эту библейскую истину можно поверить документом. Например, стенографическим отчетом военного губернатора Палестины перед лицом свежего пополнения офицеров колониальной службы.

    Я хочу повторить это еще раз для того только, чтобы нам было легче окунуться в историю кошмарного падения нашего народа.

    Губернатор сказал тогда: «Джентльмены, над Британской империей никогда не заходит солнце. Управлять такой махиной при помощи одной лишь военной силы невозможно. Поэтому каждый офицер колониальной службы должен быть не только военным профессионалом, но еще и психологом, социологом, желательно полиглотом и т. д. Он должен знать и понимать смысл поведения и мотивации тех народов, среди которых протекает его служба. Так мы знаем, что сикхи отважны, китайцы хитры, арабы взрывчаты и т. д. Но здесь, на этой земле, мы встречаем еще один народ — это евреи.

    Господа, во время гражданской войны в России я был прикомандирован к штабам антибольшевистских вооруженных формирований. Я видел жестокие еврейские погромы, когда громилы врывались в еврейские подвалы, где бледные молодые люди, густо присыпанные перхотью с длиннющими пейсами, заплетенными в косички, при слабом свете сальных свечей изучали какую-то мудрость, нарисованную квадратными буквами в старинных книгах. Бандиты насиловали их жен и сестер, убивали родителей, а молодые люди не сопротивлялись. Наоборот, они падали на живот и целовали сапоги бандитам — вымаливали свою жалкую жизнь. Джентльмены, это было омерзительное зрелище. С таким представлением о евреях я возвратился в Лондон и здесь получил направление в Палестину. Через несколько месяцев к этому берегу начали швартоваться большие транспорты, на которых прибыли тысячи этих золотушных юношей из России. Но едва их нога касалась этой земли, они изменялись неузнаваемо. Где-то через месяц они сбривали пейсы, надевали голубые рубашки и брали в руки оружие. И нет на земле солдат страшнее их»!

    Вот как это закончилось.

    А как начиналось?


    Итак, 7-го апреля 1903 года разразился знаменитый кишиневский погром.

    Как пишет В.Жаботинский: «В Кишиневе история подвергла перерождающееся гетто большому испытанию, страшному экзамену на зрелость. И перерождающееся гетто провалилось на испытании жалостно, постыдно и ужасно. Его дети оказались еще не подготовленными к открытой борьбе; у них еще не нашлось ни отваги для отпора, ни гордости для того, чтобы скрестить руки и ждать смерти на пороге своего дома».

    Смутное чувство, сложное, непонятное, овладело при вести о Кишиневе всеми еврейскими сердцами в огромной России. Это не было простое чувство горя. В глубине этого чувства таилось еще что-то такое, из-за чего почти забывалась сама скорбь — и чего никто все же не мог назвать. Тогда Бялик бросил в лицо своим обесчещенным братьям «Сказание о погроме». И открыл им, что это за чувство, имени которого они не знают.

    Это был — позор. Более чем день траура, то был день срама: вот основная мысль этого удара молотом в форме поэмы.

    Родилась эта поэма от невыплаканных слез, схороненных в глубине, перегоревших и ядовитых. В «Сказании о погроме» поэт так передает слова Бога, повелевшего ему сберечь непролитую слезу:

    Ты сбереги нетронутой ее.
    Лелей ее, храни дороже клада,
    И замок ей построй в своей груди
    Построй оплот из ненависти ада,
    И не давай ей пищи, кроме яда
    Твоих обид и ран твоих, и жди.
    И вырастет взлелеянное семя,
    И жгучий даст и полный яду плод;
    И в грозный день, когда свершится время,
    Сорви его — и брось его в народ.

    И Бялик это сделал.

    Встань и пройди по городу резни,
    И тронь своей рукой, и закрепи во взорах
    Присохший на стволах и камнях, на заборах
    Остылый мозг и кровь комками: ТО ОНИ…
    И загляни ты в погреб ледяной,
    Где весь табун, во тьме сырого свода,
    Позорил жен из твоего народа —
    По семеро, по семеро с одной.
    Над дочерью свершалось семь насилий,
    И рядом мать хрипела под скотом:
    Бесчестили пред тем, как их убили,
    И в самый миг убийства… и потом.
    И посмотри туда: за тою бочкой,
    И здесь, и там, зарывшийся в сору,
    Смотрел отец на то, что было с дочкой,
    И сын на мать, и братья на сестру.
    И видели, выглядывая в щели,
    Как корчились тела невест и жен,
    И спорили враги, делясь, о теле,
    Как делят хлеб, — и крикнуть не посмели,
    И не сошли с ума, не поседели
    И глаз себе не выкололи вон.
    И за себя молили Адоная!
    И если вновь от пыток и стыда
    Из этих жертв опомнится иная —
    Уж перед ней вся жизнь ее земная
    Осквернена глубоко, навсегда;
    Но выползут мужья их понемногу —
    И в Храм пойдут вознесть хваленье Богу.
    И, если есть меж ними коганим,
    Иной из них пойдет спросить раввина:
    Достойно ли его святого чина,
    Чтоб с ним жила ТАКАЯ — слышишь? С ним!
    И все пойдет, как было ….

    И оттуда:

    Введу тебя в жилье свиней и псов:
    Там прятались сыны твоих отцов,
    Потомки тех, чей прадед был Йуда,
    Лев Маккавей, — средь мерзости свиной,
    В грязи клоак, с отбросами сидели,
    Гнездились в каждой яме, в каждой щели —
    По семеро, по семеро в одной …
    Так честь Мою прославили превыше
    Святых Небес народам и толпам:
    Рассыпались, бежали словно мыши,
    Попрятались, подобные клопам,
    И околели псами …
    Сын Адама,
    Не плачь, не плачь, не крой руками век,
    Заскрежещи зубами, человек,
    И сгинь от срама!
    Уйди. Ты вечером вернись в их синагогу:
    День скорби кончился — и клонит понемногу
    Дремота. Молятся губами кое-как,
    Без сердца, вялые, усталые от плача:
    Так курится фитиль, когда елей иссяк,
    Так тащится без ног заезженная кляча …
    Отслужено, конец. Но скамьи прихожан
    Не опустели: ждут. А, проповедь с амвона!
    Ползет она, скрипит, бесцветно, монотонно,
    И мажет притчами по гною свежих ран,
    И не послышится в ней Божияго слова,
    И в душах не родит ни проблеска живого.
    И паства слушает, зевая, стар и млад,
    Качая головой, под рокот слов унылых;
    Печать конца на лбу, в пустынном сердце чад,
    Сок выпит, дух увял, и Божий взор забыл их …
    Нет, ты их не жалей. Ожгла их больно плеть —
    Но с болью свыклися и сжилися с позором,
    Чрезчур несчастные, чтоб их громить укором,
    Чрезчур погибшие, чтоб их еще жалеть.
    Оставь их, пусть идут — стемнело небо в звездах.
    Идут, понуры, спать — спать в оскверненных гнездах.
    А завтра выйди к ним: осколки человека
    Разбили лагери у входа к богачам,
    И, как разносчик свой выкрикивает хлам,
    Так голосят они: «Смотрите, я — калека!
    Мне разрубили лоб! Мне руку до кости»!
    И жадно их глаза — глаза рабов побитых —
    Устремлены туда, на руки этих сытых,
    И молят: «Мать мою убили — заплати»!
    Молитесь нищие, на ветер всех сторон
    О милости царей, о жалости племен —
    И гнийте, как поднесть, и клянчьте, как поныне!
    Что в них тебе? Оставь их, человече,
    Встань и беги в степную ширь, далече:
    Там, наконец, рыданьям путь открой,
    И бейся там о камни головой,
    И рви себя, горя бессильным гневом,
    За волосы, и плачь, и зверем вой —
    И вьюга скроет вопль безумный твой
    Своим насмешливым напевом.

    Оценивая поэму Бялика не только с художественной, но и с нашей, национальной точки зрения, Владимир — Зеев Жаботинский сказал: «Бялик нашел слово, которого недоставало, и это слово совершило чудеса: «Еврейская улица» до Кишинева и после Кишинева далеко не одно и то же. Позор Кишинева был последним позором.

    В 1904 году был Гомель; в 1905 несколько сот погромов разразилось по всей России. Скорбь еврейская повторилась еще беспощаднее прежней — НО СРАМ НЕ ПОВТОРИЛСЯ. Второе испытание, количественно более ужасное, доказало, однако, что новая еврейская душа уже достигла своей зрелости. Конечно, это не была заслуга одного человека — это сделала жизнь, история, сила вещей.

    Но история находит иногда людей, рукам которых она доверяет свой посев. В важный и трудный момент новой еврейской истории, на переломе двух эпох, эта роль выпала Бялику. Только на час, но часа этого мы никогда не забудем».

    Жаботинский имел в виду повсеместную организацию вооруженной самообороны евреев против погромщиков и рост еврейского национального самосознания. С этого момента уже было нельзя громить евреев безнаказанно. На Ростовском еврейском кладбище захоронены молодые люди, героически погибшие в борьбе с погромщиками. ПОЗОР НЕ ПОВТОРИЛСЯ.


    А во время войны за независимость в 1948 году в Израиле арабы устроили погром в одном из еврейских городов. Они грабили дома, убивали, насиловали женщин. И в этот момент в город вошла не состоящая в регулярной армии вооруженная группировка из крайне правых. Как говорится, на ловца и зверь бежит. «Но и что же было дальше»? — спросил я у одного израильтянина, который был то ли свидетелем, то ли участником этого события. «Что было, я не буду тебе рассказывать подробно. Скажу только одно: погромщики всего мира могут считать этот день своей черной траурной датой».


    Ибо сказано в Торе: если ты знаешь, что идет убивать невинного кто-либо, и ты не убьешь убийцу, то совершишь преступление перед Лицом Господа своего.


    И, самое главное, Господь вывел нас из рабства Египетского с высоко поднятой головой.


    Одним словом: МЫ БЫЛИ РАБАМИ в Египте, а СЫНОВЬЯ — СВОБОДНЫЕ.








    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Наверх